Как заработать на «медном» ралли: три компании, один ETF и фьючерсы

Цена на медь с минимума апреля 2025 года до пика в январе 2026-го выросла почти на 80%. Этот металл стал один из бенефициаров бума ИИ. Цена на него может расти и дальше. Как инвесторам заработать на этом, рассуждает независимый аналитик Михаил Завараев. 

На недавнем экономическом форуме в Давосе его участники в очередной раз обсуждали важность ключевых материалов для дальнейшего развития ИИ. Среди них — медь. Из данных Всемирного экономического форума следует, что к 2035 году дефицит этого металла может составить 25-30%. Этим опасениям  вторят и аналитики S&P Global, которые предрекают 50-процентный рост спроса на медь до уровня 42 млн тонн к 2040 году, что может привести к дефициту «красного золота» в 10 млн тонн, если не увеличить объемы добычи и переработки. Wood Mackenzie, например, ожидает дефицита металла уже в 2026 году. Goldman Sachs, напротив, прогнозирует профицит предложения в текущем году на уровне 300 тыс. тонн (причем более ранний прогноз банка составлял лишь 160 тыс. тонн), хотя и признает, что в будущем может возникнуть нехватка этого критически важного металла. 

Судя по динамике цен на медь, среди участников рынка пока уверенно побеждают сторонники существенного дефицита. C минимума в апреле 2025 года, когда президент США Дональд Трамп объявил о введении пошлин на товары из десятков стран, и до пика в январе 2026-го цена меди на LME выросла почти на 80%. 29 января цена подскочила в моменте до $14527 за тонну. До этого в течение долгого времени торговалась в широком диапазоне $7000-$11000. Сейчас цена находится примерно на уровне $13 тыс. 

И хотя немалая часть последнего роста цен приходится на спекулятивную составляющую, нельзя не признать, что баланс сил на рынке меди переходит на сторону продавцов, которые долгое время были вынуждены сокращать инвестиции в развитие новых месторождений из-за относительно низких цен и спроса на металл. 

Сложившаяся сейчас ситуация в определенной мере играет им на руку. 

Медь всю свою историю была цикличным промышленным металлом, который очень серьезно зависит от роста экономики и активности в сфере строительства. Периоды значительного роста цен, спроса, инвестиций в развитие и т. д. регулярно сменялись периодами стагнации и заметного падения цен на металл, а также сокращением расходов на геологоразведку и строительство новых заводов. 

Но сейчас, возможно, мы становимся свидетелями того, как медь становится не просто промышленным металлом, а переходит в разряд стратегического актива, критически важного для экономики будущего. Неудивительно, что некоторые страны, например, США, уже предпринимают определенные усилия для накапливания ее запасов. 

Спрос на медь будет оставаться высоким не только в ближайшем будущем, но и в более отдаленной перспективе. 

Металл совершенно необходим для дальнейшего развития ИИ. Он фактически обеспечивает питание, связь и охлаждение серверов. Лишь небольшой центр обработки данных компании Microsoft, к примеру, использует медь в расчете 27 тонн на 1 мегаватт мощности. Уже к 2035 году дата-центры, возможно, будут потреблять 106 гигаватт электроэнергии, что более чем в 2,5 раза превысит их текущее потребление. 

Не менее важным для спроса на медь является и так называемый «энергетический переход», который среди прочего предполагает значительный рост количества электромобилей, которые потребляют примерно в четыре раза больше меди, чем обычный автомобиль. 

Нельзя забывать и о развитии мировой экономики, что предполагает заметный рост потребления электричества, особенно в развивающихся странах. Говорим «электричество», всегда подразумеваем медь, принимая во внимание уникальные физико-химические свойства этого металла.

Недавно возобновившаяся гонка вооружений также предполагает рост спроса на медь, также как и ожидаемый рывок в робототехнике — тот же миллиардер Илон Маск ожидает, что количество человекоподобных роботов превысит 1 млрд единиц уже к 2040 году. 

Ключевая проблема со значительным ростом спроса на медь — это то, что заменить ее в большинстве мест либо очень сложно, либо практически невозможно, что не позволяет установить так называемый естественный ценовой потолок для этого металла. 

Да, для определенных целей можно использовать алюминий, цена которого, что неудивительно, тоже заметно выросла в последнее время. Но это отнюдь не совершенный заменитель для меди, который имеет свои, вполне конкретные, ограничения. 

Но не стоит забывать, что предполагаемый значительный рост потребности в меди не будет автоматически трансформироваться в спрос на этот металл. Все-таки он зависит не только от желания, но и от возможности приобрести товар или услугу по конкретной цене. И есть большие сомнения, что по цене выше $15 тыс. за тонну, а уж тем более по $20 тыс., реальный спрос со стороны покупателей будет соответствовать текущим оптимистичным оценкам, предполагающим значительный дефицит металла в будущем. Цена — все же очень важный фактор, и если она будет очень высокой, дефицит будет, то не столь значительным, как сейчас предполагается.

В свою очередь, производители не смогут увеличить предложение меди на рынке сколько-нибудь существенно даже в среднесрочном периоде. Во-первых, лаг между разведкой месторождения и началом его промышленной разработки очень большой — от 15 лет в Мексике до 23 лет на Филлипинах. Более того, с каждым годом все труднее находить крупные месторождения с высоким содержанием металла в руде. Это общая проблема для рынков сырья, которая подразумевает, что издержки добычи лишь продолжат расти, а существенное увеличение предложения металла возможно только при относительно высокой цене меди в будущем.

После окончания так называемого суперцикла в меди в 2010 году вывод новых проектов на рынок был весьма ограниченным. Плюс на регулярной основе возникают непредвиденные обстоятельства, которые приводят к (иногда довольно длительному) частичному или полному закрытию рудников — исторически 6-8% мировых мощностей по производству меди простаивают ежегодно.

Пока ситуация не выглядит патовой. Как минимум, по подсчетам Goldman Sachs, в 2025 году на рынке еще наблюдался профицит производства меди — 600 тыс. тонн, что стало самым большим превышением предложения над спросом с 2009 года. Правда, это совсем не помешало цене меди в 2025 году также расти самым высоким темпом роста за 16 лет.

Опять же, запасы металла на биржах за пределами Штатов продолжают расти, несмотря на сохраняющийся рост стратегического резерва меди в США. На международных биржах в начале 2026 года они превысили 900 тыс. тонн. Правда большая часть из них приходится на американскую COMEX — около 500 тысяч тонн. 

Прогнозируемый значительный рост спроса на медь, а также заметное увеличение издержек по ее производству предполагают, что в долгосрочном периоде цена меди продолжит расти. В принципе, это полностью согласуется с историческими данными — на рубеже 21 века медь торговалась примерно по 60-65 центов за фунт, а недавно преодолела уровень уже в $6 за фунт. Но не стоит забывать, что периоды взрывного роста цен на медь могут сменяться довольно длительными периодами снижения стоимости этого металла. Например, на протяжении почти всего периода 1990-х годов цена на медь снижалась.

Покупка фьючерсов на металл по любой цене в надежде, что ажиотаж в сфере ИИ позволит и дальше штурмовать новые максимумы, не выглядит оптимальной стратегией, особенно после значительного спекулятивного роста цены в последние месяцы. А вот выкупать заметные коррекции в металле, например, если цена меди опустится к $11 тыс. за тонну, уже выглядит куда более обоснованным и логичным инвестиционным решением. 4 февраля цена в Лондоне составляла $13,04 тыс. за тонну с поставкой через три месяца. 

Тоже самое касается и покупки отдельных компаний, связанных с рынком меди. Да, можно сформировать портфель относительно крупных производителей меди, с диверсифицированной базой активов, которые могут похвастаться высокой операционной эффективностью, а также «финансово здоровым» балансом. Как минимум, в отличие от фьючерсов на металл, они хотя бы платят дивиденды. 

Проблема в том, что у многих компаний сектора дивидендная доходность относительно невысока. Опять же, не стоит забывать, что вслед за ростом цен на металлы взлетели и котировки их производителей. Вряд ли они сумеют избежать падения в случае коррекции на рынке металлов. Но любые коррекции, безусловно, стоит откупать. 

В таком случае можно сосредоточиться на портфеле из Anglo American (c начала года ее бумаги на Лондонской бирже прибавили в цене чуть более 15%), Freeport McMoRan (рост с начала года около 22%) и Antofagasta, чьи котировки выросли с начала года на 10,6%. Еще один вариант — ETF (к примеру, Global X Copper Miners ETF) — большая диверсификация позволяет избежать рисков, связанных с внутренними проблемами отдельных компаний. 

Не является инвестиционной рекомендацией.