Золото подорожало более чем на $1000 с начала года: кто стоит за ралли?

За первый месяц 2026 года цена на золото выросла больше чем на 27%. Ралли продолжается даже в отсутствие горячих геополитических новостей, традиционно поддерживающих геополитические риски. Аналитик группы компаний по управлению инвестициями Mоvchan’s Group Валерий Емельянов рассуждает о том, что в действительности стоит за столь бурным ростом.

Главный драгметалл на этой неделе зрелищно пробил отметку $5000 и закрепился выше $5500, опередив большинство прогнозов мировых инвестдомов. Еще год назад мало кто из них ставил на то, что золото дотянется хотя бы до $4000 за унцию, а большинство не решалось выставить таргет даже на $3000.

По традиции на рынке много версий того, что стало главным драйвером для взлета золота. Большая их часть склоняется к тому, что общая неуверенность в долларе в мире наложилась на геополитические события, в особенности на бурную активность США во внешней политике.

Однако мы полагаем, что ключевым фактором для золота остаются покупки центробанков — с 2022 года и по сей день. Если в прежние годы регуляторы скупали по 400-500 тонн в год, то в последнее время объемы выросли вдвое — до 1000-1200 тонн совокупно. 

Невозможно сказать наверняка, какой из регуляторов именно в январе разогнал цену металла (и было ли это влияние решающим). Статистика по покупкам мировых ЦБ всегда появляется постфактум. Но наличие на рынке столь крупных покупателей «держит» цену и ободряет других инвесторов.

В результате мы можем наблюдать, как золото поглощает все большую долю в портфелях центробанков — и по причине большого объема покупок, и по причине удорожания самого металла. И это действительно впечатляющие цифры: доля золота в мировых резервах все ближе к отметке 30%.

Для сравнения, доля евро, фунта и иены в сумме уже ниже, чем доля золота. Одновременно с этим сокращается доля доллара: на начало 2026 года она около 40%, в то время как в прежние годы держалась стабильно выше 50%. Иначе говоря, золото замещает в резервах традиционные валюты.

И в этом есть потенциальная проблема. Она заключается в том, что столь крупная ставка на золото — это высокий риск прежде всего для самих центробанков. Ведь резервы это прежде всего антикризисный инструмент для управления ликвидностью, а физическое золото — неликвидно.

Большинство исследований, посвященных управлению резервами, скажет вам, что даже в развивающихся странах, где высоки риски валютных кризисов, доля золота не должна превышать 20%. Такой же предел часто называют портфельные управляющие: на металл можно выделить 10-20% всех вложений. 

Но вот мы видим, что многие центробанки ушли далеко за этот разумный предел. В том числе те, у которых есть риски и валютных шоков, и банковского кризиса. В частности, у Турции доля золота в резервах уже перевалила за 50%, и это один из основных покупателей последних лет.

Тут стоит еще раз напомнить: в случае настоящего кризиса центробанкам, особенно в развивающихся странах, потребуются не горы слитков в подвалах, а ликвидная твердая валюта — все те же доллары, евро, фунты и долговые инструменты на их основе: «трежерис», «бунды» и «гилты».

История 1970-х и 1990-х годов показывает: попытки регуляторов погасить кризис продажей золота приводили к тому, что металл быстро и надолго терял в цене. И нет никаких причин думать, что такое не повторится снова.

Отсюда вывод: избыток золота в резервах мировых ЦБ — это плохой сигнал для тех, кто сейчас покупает золото. Мы не знаем в какой момент, но они перестанут покупать. Или, что тоже вероятно, — будут вынуждены продавать золото.