Anthropic займется разработкой лекарств. Как можно заработать на ИИ в фармсекторе?
Компания Anthropic представила ИИ-платформу для научных исследований Claude Science, а также объявила о запуске доклинических программ по разработке лекарств. Фото: Ousa Chea / Unsplash.com
30 июня компания Anthropic объявила о запуске Claude Science — полноценной научной ИИ-платформы — и одновременно заявила о старте собственных программ по разработке новых препаратов. Станет ли искусственный интеллект прорывом для фармотрасли, или мы наблюдаем очередной хайп накануне IPO крупнейших ИИ-лабораторий?
Патентный обвал
Мировую фармацевтическую отрасль ожидает один из крупнейших патентных обвалов в истории.
По данным GlobalData, доля продаж лекарств, защищенных патентами, упадет с 12% в 2022 году до всего 4% к 2030 году. Это означает, что 96% рынка окажется открытым для конкуренции со стороны аналогов — дженериков и биосимиляров.
По разным оценкам, к 2030 году потеряют патентную защиту многие передовые препараты с совокупной годовой выручкой $200-300 млрд.
«Ожидается, что более половины из 15 ведущих фармацевтических компаний столкнутся со значительными трудностями по мере приближения отрасли к «патентному обвалу», — полагает Джордж Эль-Хелу, аналитик стратегической разведки GlobalData.
Под ударом такие препараты как Keytruda (Merck), Opdivo (Bristol Myers Squibb), Dupixent (Sanofi), Darzalex (Johnson & Johnson) и десятки других блокбастеров. Впервые под натиск биосимиляров попадут не только маленькие молекулы, но и сложнейшие биологические препараты — моноклональные антитела, которые десятилетиями обеспечивали фармгигантам защищенную патентами ренту.
В этих условиях фармкомпании отчаянно ищут способы ускорить процессы разработки и исследований (R&D). Искусственный интеллект в данной ситуации выглядит естественным кандидатом на роль спасителя.
«Я оптимистично настроен в отношении биотехнологий. Думаю, биотехнологии вот-вот переживут ренессанс… в конечном итоге движимый искусственным интеллектом», — заявил основатель Anthropic Дарио Амодеи в интервью Нихилу Камату в феврале 2026 года.
ИИ для ученых
В апреле он подтвердил серьезность своих намерений, купив за $400 млн акциями Coefficient Bio — стартап, которому не исполнилось и года, с 10 сотрудниками в штате, но зато среди них были люди с опытом компьютерного дизайна новых лекарств в фармгиганте Genentech.И вот, наконец, 30 июня в Сан-Франциско, на мероприятии для представителей фармкомпаний и биотеха, Anthropic представила Claude Science — инструмент, который в компании ставят в один ряд с Claude Code и Claude Cowork, продуктами, ставшими уже практически золотым стандартом для разработчиков ПО.
Это не просто чат-бот, а полноценная исследовательская среда: более 60 научных баз данных, интеграция с набором ИИ-инструментов BioNeMo от Nvidia, управление вычислениями на высокопроизводительных кластерах, а также специальный «агент-рецензент», проверяющий цитаты и расчеты. Что особенно важно для ученых — разработчик обещает полную воспроизводимость и проверяемость каждого результата вплоть до исходных данных и кода.
Помимо прочего, компания заявила, что не ограничится ролью поставщика инструментов: она запускает собственные доклинические программы по разработке лекарств, но только для забытых (neglected) заболеваний, которые коммерчески неинтересны традиционным фармкомпаниям.
Выбор именно «забытых болезней» позволяет Anthropic избежать прямой конкуренции с Eli Lilly или Pfizer, а также обходит самый сложный коммерческий и регуляторный ландшафт.
Это говорит о том, что для Anthropic важной целью является в первую очередь доказательство ценности Claude Science как эволюционирующего продукта, а не полноценный запуск биотехнологического сегмента бизнеса, полагает сооснователь Freedom Holding Corp. и основатель Freedom On Air Игорь Клюшнев.
Это умный ход. C одной стороны, Anthropic получит непосредственный опыт в реальной разработке лекарств, необходимый для улучшения своих же инструментов, с другой — не будет конкурировать с потенциальными клиентами из фармотрасли за самые «лакомые» в коммерческом смысле молекулы.
Как отмечает Financial Express, Anthropic нацелилась на рынок разработки лекарств общим объемом более $100 млрд, что, конечно, очень актуально для компании, которая собирается на IPO в этом году.
Тем более, что и конкуренты не дремлют. В апреле OpenAI выпустила GPT-Rosalind — специальную ИИ-модель для ученых с подключением к более 50 инструментам. А двумя месяцами ранее глава компании Сэм Альтман обозначил новый возможный способ монетизации: он заявил, что OpenAI может инвестировать в фармпроекты, использующие ее модели для поиска новых лекарств или методов терапии, в обмен на роялти с открытий.
Другой путь: больше практики
Пока Кремниевая долина только входит во вкус, одна компания занимается ИИ-разработкой лекарств уже 12 лет. Это Insilico Medicine, основанная в 2014 году Алексом Жаворонковым — выпускником МГУ и Университета Куинс с PhD по физике и степенью по биотехнологиям, полученной в Университете Джонса Хопкинса. Сейчас она торгуется на Гонконгской бирже с рыночной капитализацией около 21,4 млрд гонконгских долларов (примерно $2,7 млрд).
В отличие от Anthropic, которая строит платформу для фармкомпаний, Insilico сама является фармкомпанией с ИИ-мозгом. Ее платформа Pharma.ai объединяет три компонента: PandaOmics для поиска мишеней, Chemistry42 для генеративного дизайна молекул и inClinico для предсказания результатов клинических испытаний.
В 2023 году компания запустила в Китае полностью автоматизированную лабораторию под управлением ИИ. В 2025-м ее дополнительно оснастили человекоподобным роботом для ремонта и обслуживания приборов. То есть компания постепенно переходит от чистых вычислений к постановке экспериментов и ИИ «реального мира».
В портфеле Insilico около 30 препаратов в разных стадиях разработки. Флагманский — рентосертиб, созданный с помощью ИИ для лечения идиопатического легочного фиброза. 7 июля компания объявила, что препарат показал хорошие результаты, и она начинает финальную III фазу клинических исследований.
«Мы снижаем уровень риска. Партнеры из фармацевтической отрасли ищут определенности. Это позволяет нам пополнять портфели до того, как истечение срока действия патентов начнет влиять на прибыль, потенциально положив конец эре «отчаянных слияний и поглощений», — цитирует Жаворонкова портал MedPath.
В марте 2026 года Insilico заключила сделку с Eli Lilly на $2,75 млрд (без учета роялти с будущих продаж) по разработке пероральных препаратов, а в июне еще одну, с корейской SK Biopharmaceuticals, на ту же сумму.
Однако важно понимать, что все эти миллиарды пока гипотетические. По стандартной для фармотрасли процедуре вначале выплачивается малая часть, а все остальное — после достижения определенных показателей разработки, регистрации и коммерциализации препарата, которые могут так и остаться мечтой.
Тем не менее, Клюшнев считает это успехом и «ярким примером нарастающего интереса индустрии к технологиям высокопроизводительного поиска новых лекарств».
Так спасет ли искусственный интеллект фармотрасль от патентного обвала? Несмотря на энтузиазм ИИ-евангелистов, эксперты по инвестициям более осторожны в оценках.
«ИИ не решает главную проблему»
Стоимость создания нового оригинального препарата превышает $2 млрд, а все из-за того, что обязательные клинические исследования стоят очень дорого, при этом огромное количество попыток оказываются неудачными.
Главная проблема в фарме — это то, что в клинических исследованиях проваливается 85-90% лекарств. И с этим с помощью применения ИИ на ранних стадиях разработки вряд ли можно что-то сделать кардинально, полагает Илья Ясный, партнер и глава научных исследований венчурного фонда LanceBio Ventures.
В качестве примера он приводит американскую компанию Recursion, которая уже давно разрабатывает лекарства с помощью ИИ. 10 лет назад они обещали, что выведут в стадию клинических исследований 100 лекарств, но сейчас у них только семь.
Ясный обращает внимание на фундаментальную проблему нехватки обучающих данных.
В отличие от LLM, которые обучались буквально на миллиардах текстов, в медицине количество кейсов, на которых можно обучать ИИ, исчисляется всего лишь десятками тысяч. Кейс — это то, насколько хорошо сработало лекарство, которое показало многообещающие результаты на этапе доклинических исследований. Но это настолько многомерная и «грязная» с точки зрения данных история, что она, как правило, не превращается в то, на чем можно качественно обучить нейросеть.
ИИ в его нынешнем виде может быть ограниченно полезен на ранних стадиях разработки, чтобы быстро отбросить неверные варианты, но в целом при оценке фармкомпаний надо смотреть не на ИИ, а на реальные доклинические и клинические данные, на команду, на потребность, «то есть делать старый добрый due diligence», резюмирует Илья Ясный.
Игорь Клюшнев с ним в целом солидарен. Он обращает внимание на то, что первых лекарственных препаратов, созданных с привлечением ИИ-технологий, следует ожидать на рынке не ранее 2028 года, так что на грядущий патентный обвал ИИ-разработка вряд ли сможет существенно повлиять.
Новейшие ИИ-инструменты, какими бы технически продвинутыми они ни были, не позволят кардинально ускорить разработку лекарственных средств в отрыве от преодоления реальных организационных, клинических и регуляторных ограничений. Их часто игнорируют CEO технологических компаний, делая смелые прогнозы о перспективах ИИ в сфере фармацевтики и биотехнологий. Тем не менее, можно прогнозировать сохранение тренда по увеличению потока инвестиций в ИИ-стартапы, ориентированные на биотех-сегмент, а также рост M&A-активности со стороны mid-cap и large-cap игроков.
Среди перспективных компаний сегмента ИИ-разработки лекарств он, помимо Insilico, отмечает Absci (ее бумаги выросли в цене на 218% с начала года), а также Generate Biomedicines, которая привлекла на IPO в феврале 2026 года $400 млн. Это стало одним из крупнейших биотех-размещений за последний год.
