Инвесторы ищут убежище: что происходит с нефтью, золотом, акциями и долларом

После самого сильного скачка за последние четыре года на открытии торгов 2 марта цены на нефть в значительной мере растеряли прирост. Сейчас все внимание приковано к контролируемому Ираном Ормузскому проливу, через который проходит около пятой части мировой морской торговли нефтью и 20% сжиженного природного газа. Риски затяжной войны на Ближнем Востоке вынудили инвесторов искать убежище в долларе и золоте.

Котировки нефти Brent взлетели утром в понедельник на 13% — до максимума с января 2025 года — и превысили отметку в $82 за баррель. Скачок цен оказался самым сильным за последние четыре года, констатирует Bloomberg. Впоследствии цена эталонного сорта скорректировалась вниз, закрепившись около отметки $77,5 за баррель — однако даже этот уровень оказался более чем на 6% выше цены закрытия Brent в пятницу, 27 февраля.

Золото подорожало на 2,2% в начале торгов, выше $5390 за тройскую унцию. Затем рост сократился до 1%.

«Наиболее непосредственным и ощутимым событием, влияющим на нефтяные рынки, является фактическая остановка движения через Ормузский пролив, которая не позволяет 15 млн баррелей нефти в сутки достигать рынков, — цитирует Reuters руководителя отдела геополитического анализа Rystad Energy Хорхе Леона. — Если в ближайшее время не появятся сигналы о деэскалации, мы ожидаем существенной переоценки нефти в сторону повышения».

Затяжной период высоких цен на нефть способен спровоцировать новый виток мировой инфляции, а также может сыграть роль своеобразного налога на бизнес и потребителей, способного охладить спрос. Хотя 1 марта страны ОПЕК+ договорились увеличить добычу на 206 тыс. баррелей в сутки, начиная с апреля, значительную часть этих объемов все равно придется вывозить с Ближнего Востока танкерами, подчеркивает Reuters.

«Ближайшим историческим аналогом, на наш взгляд, является ближневосточное нефтяное эмбарго 1970-х годов, которое привело к росту цен на нефть на 300% — примерно до $12 за баррель в 1974 году, — заявил старший вице-президент по нефтяным рынкам Wood Mackenzie Алан Гелдер. — В ценах 2026 года это всего лишь $90 за баррель. Превзойти этот показатель на сегодняшнем рынке, обеспокоенном существенными потерями поставок, кажется вполне достижимым».

Подобный сценарий дорого обойдется Японии, импортирующей всю потребляемую нефть: индекс Nikkei 225 снизился на 1,4%, сильнее других пострадали акции авиакомпаний, сообщает Reuters. Китайские «голубые фишки» — индекс CSI 300 — продемонстрировали устойчивость, почти не изменившись в цене. 

На Ближнем Востоке ОАЭ и Кувейт временно закрыли свои фондовые рынки, сославшись на «исключительные обстоятельства».

В Европе фьючерсы на индекс EUROSTOXX 50 просели на 1,4%, а фьючерсы на DAX опустились на 1,3%.

На Уолл-стрит фьючерсы на индексы S&P 500 и Nasdaq потеряли по 0,6%.

Нефтяной шок отразился и на валютных рынках, а главным бенефициаром стал доллар, констатирует Reuters. США являются нетто-экспортером энергоресурсов, а казначейские облигации (Treasuries) по-прежнему считаются ликвидной защитной гаванью в периоды стресса, что привело к снижению курса евро по отношению к американской валюте на 0,2%, до $1,1788.

В субботу, 28 февраля, США с Израилем нанесли ракетные удары по Ирану и призвали местное население к свержению исламистского режима. Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи был убит. Тегеран ответил серией ударов по Израилю, а также по американским базам и другим целям в Саудовской Аравии, Катаре, Объединенных Арабских Эмиратах, Кувейте и Бахрейне. 

Хотя в воскресенье, 1 марта, власти Ирана заявили, что Ормузский пролив остается открытым, они также сообщили об атаке на три нефтяных танкера. Со своей стороны, президент США Дональд Трамп заявил, что американские военные потопили девять кораблей ВМС Ирана, и что боевые действия будут продолжаться до полного достижения всех целей, сообщает Bloomberg.