Нефть, гособлигации, рейтинг: инвесторы ищут «болевую точку» Трампа по Ирану

Инвесторы пытаются определить «болевую точку», при достижении которой президент США Дональд Трамп будет готов изменить курс своей политики в войне с Ираном, пишет Financial Times (FT). Среди факторов, которые могут повлиять на решения администрации главы США участники рынка называют резкие колебания цен на нефть, доходность 10-летних казначейских облигаций США, а также инфляционные ожидания и рейтинг самого Трампа.

Определение того, когда наступит следующий момент «Taco» («Trump Always Chickens Out» — «Трамп всегда сдает назад»), стало новой навязчивой идеей Уолл-стрит, пишет FT. Глава стратегии по мультиактивным рынкам в Deutsche Bank Максимилиан Улеер на этой неделе разработал так называемый «индекс давления» — показатель, который используется как ориентир для прогнозирования возможных изменений риторики или стратегии администрации США.

Индекс учитывает изменение рейтинга одобрения Трампа за месяц, годовые инфляционные ожидания, динамику индекса S&P 500, а также доходности казначейских облигаций США.

«Если индекс растет, повышается вероятность того, что администрация США скорректирует свою стратегию. Если все четыре “болевые точки” одновременно находятся под давлением, стимул к изменениям [в поведении] становится очень высоким», — говорит Улеер. Сейчас, по его данным, этот показатель находится «вблизи максимальных значений» с момента последнего возвращения Трампа в Белый дом в 2025 году. 

Среди других факторов, которые могут повлиять на решения администрации президента США, аналитики и участники рынка называют доходности гособлигаций. Так, глава инвестиционного института Amundi Моника Дефенд обратила внимание на то, что во второй срок Трамп стал «гораздо более чувствительным» к этому показателю: «Как только доходность 10-летних казначейских облигаций приближается к 4,5%, администрация [президента США] начинает заметно нервничать — и обычно именно тогда предпринимает действия. Инвесторам важно это учитывать», — сказала она.

FT замечает, что на фоне войны на Ближнем Востоке доходность эталонных 10-летних гособлигаций США, определяющая стоимость заимствований, демонстрирует худшую динамику с конца 2024 года. Она выросла примерно на 0,4 п.п. с начала месяца — до 4,36%.

Еще одним важным фактором, который влияет на принятие Белым домом решений, FT называет цены на нефть: по наблюдениям участников рынка, с начала конфликта на Ближнем Востоке Трамп, как правило, усиливает угрозы в адрес иранского режима по выходным, когда нефтяные рынки закрыты, а при росте цен на сырье по будням — сигнализирует о возможном мирном урегулировании конфликта.

Подобную риторику администрации США FT связывает с попыткой сдержать рост цен на бензин в преддверии промежуточных выборов в США, на которых тема стоимости жизни станет одной из ключевых для избирателей.

«Бензин дороже $4 за галлон — это политическая смерть, — прокомментировал в беседе с FT ситуацию аналитик нефтяного рынка в Onyx Capital Group Хорхе Монтепеке. — С другой стороны — его [Трампа] эго. Он не может выглядеть проигравшим [в войне]», — добавил он.

По данным на 26 марта, средние цены на бензин по всем Соединенным Штатам составили $3,98 за галлон (это порядка 3,78 л), что примерно на 33% больше, чем месяц назад, пишет CNBC.

Один из крупных трейдеров на энергетическом рынке указал на, по его мнению, четкую закономерность: каждый раз, когда цены на нефть в США приближались к диапазону $95–100 за баррель, риторика администрации президента США в пользу деэскалации усиливалась, а разговоры о возможном вмешательстве государства в рынок становились громче. До сих пор, указал собеседник издания, подобные словесные сигналы помогали сдерживать рост цен на энергоносители. Однако рынок может резко пойти вверх, если начнет ощущаться реальный дефицит физического предложения нефти, предупредил он.

На максимуме после начала конфликта на Ближнем Востоке котировки нефти Brent поднимались выше $119 за баррель и опускались до $96 за баррель на минимуме. Волатильность цены на нефть демонстрируют на фоне атак Ирана на энергетическую инфраструктуру в странах Персидского залива и на суда, проходящие через Ормузский пролив (через него в мирное время проходит до 25% мировых морских поставок нефти и значительный объем СПГ).

На торгах 26 марта нефть марки Brent подорожала более чем на 5% — до $107,8, отыграв потери предыдущей торговой сессии на фоне противоречивых заявлений США и Ирана о попытках урегулировать конфликт, пишет CNBC. Американская нефть WTI прибавила 4% и стала стоить на момент публикации $94 за баррель.

Администрация Трампа совершает противоречивые действия и заявления на протяжении всего конфликта на Ближнем Востоке. Так, с середины марта администрация США заявила, что готова высвободить сотни миллионов баррелей нефти из стратегического резерва, направила тысячи американских военных на Ближний Восток. Также США атаковали иранский остров Харк в Персидском заливе, где расположен крупнейший нефтяной терминал Ирана. Одновременно с этим с конца марта в Белом Доме сигнализируют о «прогрессе в мирных переговорах» с иранскими представителями (которые Тегеран отрицает). Аналитик нью-йоркской брокерской компании Jones Trading Майк О'Рурк заметил, что все «это [заявления Трампа] начинает выглядеть как вымысел», пишет Financial Times.

«Мы все сейчас делаем одно и то же — ничего. Невозможно открывать короткие позиции по нефти, потому что цены могут легко взлететь до $150 за баррель. А может, война закончится за пять минут [и цены на нефть снова пойдут вниз]», — сказал директор по инвестициям одного из североамериканских хедж-фондов.