Златовласка, фискальный тупик и тень Баффета: что гуру инвестиций ждут от 2026 года?

Технологический бум, смена лидеров в Азии и политический кризис в США — инвестиционные прогнозы от Кэти Вуд, Марка Мобиуса, Рэя Далио, Тома Ли и Давида Розенберга

По мнению главы ARK Invest Кэти Вуд, экономика выходит из трехлетней «скользящей» рецессии в фазу поэтапного восстановления. Процесс уже начался в сфере услуг, в следующем году Вуд ожидает мощный отскок в промышленности по принципу «натянутой резинки» и позитивный сюрприз на рынке недвижимости. 

Этот импульс должен привести к тому, что 2026 год станет годом «идеального равновесия» (так называемым годом Златовласки) — периодом сильного экономического роста при низкой, возможно даже отрицательной инфляции. Вуд проводит параллель с 1997 годом, эпохой расцвета интернета, утверждая, что мы стоим на пороге беспрецедентного бума производительности, движимого искусственным интеллектом. И опасения по поводу надувания пузыря она считает преждевременными: рынок, по ее мнению, находится лишь в начале масштабного технологического цикла.

«Итак, мы полагаем, что следующий год может стать периодом «идеального равновесия». Рынок, кажется, начинает это осознавать, ведь в уходящем году он выстоял в двух тяжелейших штормах: пережил тарифную турбулентность и приостановку работы правительства. Он также справился с «ястребиной» риторикой ФРС, которая усилилась после прихода Стивена Мирана, ставленника Трампа, в совет управляющих ФРС — что, на мой взгляд, в итоге и заставило остальных сменить курс на противоположный. В связи с этим на 2026 год возлагаются большие надежды, и рынок уже частично заложил этот оптимизм в цены. Но если наш прогноз верен, экономический рост окажется гораздо сильнее ожиданий». 

Главный вектор 2026 года для Марка Мобиуса — фундаментальный сдвиг в глобальном производстве, где основным бенефициаром станет Индия. И, прежде всего, за счет ослабления позиций Китая: основатель Mobius Capital Partners уверен, что компании больше не могут полагаться только на один источник поставок, и этот процесс необратим. «Многие компании зависят от того, что 50% компонентов их продукции поступают из других частей света, особенно из Китая, но теперь все больше и больше из Индии». Именно поэтому он увеличивает долю Индии в портфеле, видя в ней новую мировую фабрику.

Однако Мобиус не списывает Китай со счетов окончательно, но его прогноз строится не на экономике, а на политических переменах. Он считает, что в Китае может смениться власть, и уход Си Цзиньпина развернет страну на рыночные рельсы: «Акцент сместится с государственных компаний на частное предпринимательство, что будет очень позитивно для рынка в целом».

Мобиус рекомендует защищать капитал через реальные активы, включая золото, которое он считает обязательной частью любого портфеля. Он прогнозирует продолжение роста цен на драгметалл в 2026 году как ответ на обесценивание фиатных денег. «А сейчас, с приходом ИИ, мы увидим гораздо больше в плане «цифрового» золота... Это будет очень интересное развитие событий», — констатирует он.

Рэй Далио прогнозирует, что 2026 год станет критической точкой для мировой экономики, потому что накопленные рыночные дисбалансы столкнутся с пиком политической нестабильности в США и технологическим пузырем. Инвестор проводит аналогию с крахом доткомов в 2000 году: сегодня ИИ-рынок перегрет, и именно этот ажиотаж может стать триггером коррекции. Большую угрозу 2026 года Далио видит в фундаментальном кризисе ликвидности. Объем глобальных финансовых обязательств сегодня многократно превышает реальную денежную базу. Как только пузырь начнет сдуваться и инвесторы попытаются выйти в кеш, выяснится, что реальных денег для покрытия всех обязательств в системе недостаточно.

Усугубит ситуацию «фискальный тупик», в котором к 2026 году окончательно завязнут западные правительства. «Экономика, долговая динамика, которая взаимодействует с политикой и технологией, — вот что это беспокоит меня больше всего. И я бы сказал, особенно после 2026 года», — говорит он. В качестве страховки Далио рекомендует выделить 5–15% портфеля под золото.

Кроме того, Далио советует относиться к рынку более системно: «Вы обязаны проявить любопытство к самой механике процесса: что именно заставляет рынки расти или падать. Неважно, дей-трейдер вы или долгосрочный инвестор, необходимо понимать причинно-следственные связи. Если вы просто играете на удачу, у вас не будет преимущества. Преимущество дают знание этих взаимосвязей и умение грамотно делать ставки, ведь диверсификация позволяет снизить риски без потери доходности». 

По прогнозу сооснователя Fundstrat Тома Ли, уже к началу 2026 года Ethereum может выйти в диапазон $7000–9000. Свой прогноз он строит не на рыночном оптимизме, а на тренде токенизации активов со стороны Уолл-стрит. Ли убежден, что финансовые гиганты вроде BlackRock будут использовать блокчейн для повышения эффективности своих операций, и это создаст мощный фундаментальный спрос на криптоактивы в ближайшие годы.

Текущее затишье и отставание крипты от золота аналитик считает временной аномалией, вызванной «чисткой» рынка. Октябрьский обвал крипторынка он сравнивает с крахом биржи FTX в 2022 году — масштабным потрясением, которое спровоцировало цепную реакцию ликвидаций. По мнению Ли, рынку потребовалось около двух месяцев, чтобы переварить этот шок и нащупать твердую почву под ногами. Сейчас этот период восстановления завершается, убежден он.

Главным активом для сохранения стоимости Ли по-прежнему считает биткоин — из-за его ограниченного предложения: «Мне нравится биткоин. Сейчас он, скажем так, страдает от «зависти» к золоту, чья капитализация в этом году перевалила за $30 трлн. Но я повторюсь: биткоин — это эталонное средство сбережения. Его предложение математически ограничено. Поэтому я считаю, что именно в следующем году он начнет свое настоящее восстановление, и уровень в $200 000 выглядит вполне логичной целью».

Президент Rosenberg Research Давид Розенберг предупреждает, что в 2026 году главным риском для глобальных рынков станет политический кризис в США. Он прогнозирует, что на предстоящих выборах оппозиция может перехватить контроль над парламентом: «Это будет «конец игры» для повестки Трампа... он будет связан по рукам и ногам». По мнению эксперта, как только рынок поймет, что Вашингтон больше не гарантирует рост, американские акции ждет переоценка: удерживать текущие высокие значения индекса S&P станет невозможно. «Я вряд ли скажу: «О, это отличный момент для риска во второй половине года». Скорее наоборот». 

В отношении золота Розенберг настроен более оптимистично: он прогнозирует «бычий» тренд как минимум на ближайшие 12 месяцев. Он объясняет это не интересом частных инвесторов, а спросом со стороны мировых центральных банков. 

Давид Розенберг настаивает на снижении рисков: он советует сократить вложения в циклические сектора и перенаправить средства в государственные облигации (как стабилизатор) и защитные акции с низкой волатильностью. «И давайте закончим вот на чем. Задайте себе вопрос: что делает Уоррен Баффет с 30% кеша на балансе? У него почти $400 млрд наличными… Я не говорю, что вы обязаны держать 30% в деньгах, я и сам этого не делаю. Но Баффет знает, что происходит, когда прилив сменяется отливом. Так что имейте ликвидность. Потому что если пузырь лопнет — а это пузырь, я даже спорить не буду, не сама технология, а поведение инвесторов — активы перейдут из слабых рук в сильные. Потребуется ликвидность, чтобы подобрать эти осколки. И я думаю, что 2026 год будет именно об этом».