«Повод для оптимизма»: как повлияет война в Иране на экономику России и рубль

Эскалация конфликта в Иране привела к повышению цен на энергоносители и росту геополитических рисков: неясно, как долго продлится кризис и насколько сильно пострадает энергетическая инфраструктура региона. Одним из немногих выгодоприобретателей может оказаться Россия.

После начала бомбардировок цены на нефть Brent выросли более чем на 10 % до $80 за баррель, акции нефтяных компаний стали лидерами роста на Московской бирже. Рынок опасается закрытия Ормузского пролива, через который проходит пятая часть морских перевозок нефти, и ударов Корпуса стражей исламской революции по нефтегазовой инфраструктуре соседних стран, обьясняет старший аналитик Freedom Finance Global Сергей Пигарев.

Одним из возможных бенефициаров конфликта может стать Россия, поскольку в условиях перебоев с поставками ближневосточной нефти Индия и Китай могут увеличить зависимость от российских энергоресурсов, считают эксперты аналитической компании Kpler.

У Китая накоплены большие стратегические запасы нефти, поэтому нет необходимости срочно наращивать поставки, а вот Индия, скорее всего, предъявит дополнительный спрос на нефть — в основном из-за сильного снижения в январе-феврале, считает профессор финансов РЭШ Олег Шибанов. При этом, по его мнению, дисконт уменьшится: любая нефть будет некоторое время необходима всем участникам рынка, поэтому компенсация за риски санкций должна снизиться. Шибанов прогнозирует, что средний дисконт российской нефти в 2026 году окажется около $10 за баррель по отношению к Brent (до начала войны в Иране, по данным Bloomberg, средняя скидка на Urals составляла уже больше $30 за баррель). Кроме того, он допускает, что в ближайшее время «теневой флот» будут ограничивать менее жестко, чем до обострения ситуации вокруг Ирана.

Экономист Евгений Надоршин считает, что напряженность вокруг поставок с Ближнего Востока может отсрочить переход Индии на нероссийскую нефть, а затрудненное судоходство по Суэцкому каналу может повысить цены на уголь. Кроме того, для России сейчас хорошая возможность распродать нефтяные запасы, которые уже находятся в танкерах. Так как российский рынок во многом состоит из акций энергетических компаний, то это повод для оптимизма, считает он.

Россия может выиграть не только от ситуации на нефтяном рынке, но и на газовом. Из-за атаки иранских дронов крупнейший в мире производитель СПГ QatarEnergy сообщил, что останавливает производство сжиженного газа в Рас-Лаффане и Месайиде. «Если поставки катарского СПГ будут ограничены, Россия может стать главным выгодополучателем», — цитирует Politico аналитика американского Института экономики и финансового анализа в области энергетики Ану Марию Халлер-Макарьевич. Она считает, что Россия может перенаправить экспорт газа в государства, которые раньше покупали его у Катара.

Если конфликт пойдет по жесткому сценарию — с блокировкой Персидского залива, вовлечением ОАЭ и Саудовской Аравии и ростом цен до $100 за баррель, — то рубль может существенно укрепиться на несколько месяцев, даже несмотря на бюджетное правило, пишет финансист Евгений Коган в своем Telegram-канале bitkogan. Но спекулятивный эффект быстро сойдет на нет, поскольку фундаментально баланс спроса и предложения валюты сильно не меняется, считает он. А к концу года из-за внутренних причин (снижение ставки, рост спроса на импорт, ужесточение бюджетного правила) он видит основания для заметного ослабления рубля, вплоть до 90 рублей за доллар.

Ситуативно для российской экономики обстановка вокруг Ирана пока выглядит положительно: дороже российская нефть и меньше разборчивости в выборе поставщиков на ключевых азиатских рынках, говорит главный экономист «Эксперт РА», доцент экономфака МГУ Антон Табах. Однако экономика инерционна и на многие события реагирует не сразу — все будет зависеть от продолжительности и глубины конфликта, отмечает он

Евгений Надоршин считает, что в долгосрочной перспективе действия американской администрации ускоряют процесс деглобализации и дают сигнал странам не о возможности развития, а о необходимости инвестиций в оборону и вооружения. А этот тренд может привести к замедлению темпов роста мировой экономики вплоть до спада и запустить тренд на дешевое сырье, опасается Надоршин.