Лаборатория Сверхразума Meta выпустила первый продукт. Можно ли на нем заработать?

В начале апреля компания Meta представила свой ИИ Muse Spark, первый, созданный после того, как в прошлом году Марк Цукерберг фактически лично снес, а потом набрал заново команду ИИ-разработчиков. Но в 2026 году просто владеть собственным ИИ уже мало — важно уметь ответить на вопросы инвесторов о способах его монетизации.

Год назад в апреле 2025 года сооснователь Meta Марк Цукерберг был, вероятно, недоволен. Его новейшее на тот момент семейство ИИ-моделей Llama 4, которое должно было потеснить конкурентов из OpenAI, Google и Anthropic, встретило у сообщества весьма прохладный прием. Более того, компанию обвинили в подтасовке результатов: на тесты якобы отправлялись специально дообученные ИИ-модели, а не те, которые компания потом опубликовала. Официально Meta все, разумеется, отрицала, но бывший в тот момент главным научным сотрудником Meta в области ИИ знаменитый исследователь Ян Лекун позднее признал, что «результаты были немного сфальсифицированы».

На фоне шумного провала Цукерберг перешел в «режим основателя», то есть не полагаясь на менеджеров взял процесс под свой непосредственный контроль. Он уволил практически всех сотрудников ИИ-отдела и лично занялся рекрутингом новых, объявив своей целью создание «персонального суперинтеллекта (superintelligence) для всех». Что бы это ни означало.

Его главным и самым дорогостоящим в истории Meta «приобретением» стал Александр Ван — на тот момент 28-летний сооснователь и гендиректор компании ScaleAI. Чтобы заполучить к себе молодого менеджера, Цукерберг согласился купить 49% ScaleAI за $14,3 млрд, в обмен на обязательство Вана перейти в Meta и возглавить проект Superintelligence.

Талантливый юноша Александр Ван основал ScaleAI в 2016 году в возрасте 19 лет, бросив ради бизнеса учебу в престижном Массачусетском технологическом институте (MIT).

Компания занялась разметкой видеоданных для ИИ автономных автомобилей.

«Кто-то должен был обучить ИИ отличать бумажный пакет от пешехода», - пишет Forbes. Этим занимались свыше 200 тыс. человек, нанятых за копейки в таких странах как Кения, Филиппины и Венесуэла. 

Ставка на обслуживание рынка ИИ оказалась очень удачной, а с появлением в конце 2022 г. новых моделей генеративного ИИ просто звездной. Практически все крупнейшие ИИ-лаборатории сотрудничали со ScaleAI для разметки данных, так Ван в 2019 году и познакомился с Цукербергом. 

После провала Llama 4 Цукерберг начал все более активно «обхаживать» Вана, что и завершилось эпической сделкой.

Лекун назвал Вана «молодым» и «неопытным», что верно с одной стороны — ScaleAI никогда не создавала собственный ИИ. С другой стороны, компания работала по разметке данных со всеми ведущими ИИ-лабораториями и Ван досконально знал, чем они занимаются.

В общем, у него были инсайты про конкурентов, плюс неплохие связи по всей Кремниевой Долине и в правительстве США — как вы понимаете, $14,3 млрд просто за ум и красивые глаза не платят. Но, как говорил Карл Маркс, практика — критерий истины.

И вот, наконец, 8 апреля Meta представила первое творение Вана и его команды — свой новый ИИ Muse Spark. Вопреки принятой в последнее время практике, Meta не стала заявлять, что ее ИИ самый мощный, какой когда-либо видело человечество. Его назвали просто «конкурентоспособным» в таких областях как восприятие текста, изображений, видео и звука, рассуждение, здравоохранение и управление агентами. Более того, даже скромно признано, что имеются «пробелы производительности» в долгосрочных системах управления агентами и программировании (в последнем особенно сильны ИИ OpenAI и Anthropic).

Обещаны дальнейшие усилия по разработке ИИ и масштабированию вычислительных мощностей. Meta заявила, что ее капитальные затраты, связанные с ИИ, в 2026 году составят от $115 до $135 млрд, что почти вдвое превышает показатели прошлого года.

За счет чего они окупятся? 

Muse Spark — проприетарная модель, то есть использовать ее можно только с разрешения Meta, как и у других крупных ИИ-компаний. Это радикальный отход от провозглашенных ранее самим же Цукербергом принципов «открытого ИИ» — модели Llama были опенсорсными, то есть доступными для свободного использования и модификации. Некоторые его за это критикуют, но, видимо, бизнес важнее принципов. 

Такой подход открывает возможности монетизации через продажу доступа к программному интерфейсу API, однако разработчики вряд ли кинутся наперегонки покупать его, особенно учитывая признанную слабость модели в программировании.

Эндрю Бун, аналитик компании Citizens, сказал CNBC, что очевидное преимущество Meta — более 3 млрд человек, которые ежемесячно используют Facebook, Instagram и WhatsApp. А бизнес-возможности для Meta связаны не с попыткой привлечь разработчиков, которые в настоящее время массово переходят на модели OpenAI, Anthropic, Google и множества китайских компаний, а скорее с сосредоточением на основном рынке: рекламе.

По данным Emarketer, в рекламном направлении дела у Meta и правда очень хороши, в 2026 году она может впервые превзойти Google по объему проданной рекламы, собрав $243,5 млрд против $239,5 у конкурента.

«Это [реклама — Прим. Oninvest] бриллиант в короне, именно это нужно продолжать улучшать», — говорит Бун и рекомендует покупать Meta.

Основным источником дохода Meta является реклама и Muse Spark интегрируется в экосистему компании именно для повышения её эффективности, подтвердил в интервью Oninvest аналитик рынков капитала Freedom Broker Сакен Исмаилов.  

Модель планируется интегрировать в сервисы компании WhatsApp, Instagram, Facebook, что повысит вовлеченность пользователей и время, проводимое в этих приложениях, и, соответственно, увеличит показы рекламы. Кроме того, новая модель позволит увеличить эффективность таргетинга рекламы, а это, в свою очередь, позволит компании увереннее повышать среднюю цену, так как рекламодатели получат лучшую конверсию, рассуждает он.

Помимо рекламного бизнеса, Meta постарается монетизировать направление электронной коммерции, где ИИ помогает выбирать товары, полагает Исмаилов. Это амбициозная идея, затрагивающая многомиллиардный рынок, но  её успешная реализация остается под вопросом. Дальше всех в этом направлении уже продвинулись OpenAI и Google. За счет интеграции агентов прямо в массовые продукты (поиск, Gemini, ChatGPT) и крупных партнерств с ритейлом и платежными сетями, они превращают ответ ИИ сразу в «витрину товаров» с возможностью покупки, отмечает аналитик.

После выхода модели Muse Spark акции Meta выросли почти на 10%, крупнейшие банки повысили свои целевые цены и рекомендации по акциям компании и расценили запуск Muse Spark как доказательство того, что колоссальные инвестиции Meta в ИИ окупаются.  Рынок был готов к тому, что модель окажется слабее аналогов от Anthropic, OpenAI и Google, но разрыв в результатах бенчмарков оказался не таким большим, как ожидалось, отмечает Исмаилов.

Спустя три дня после релиза Muse Spark Ван радовался в соцсети X, что приложение Meta AI, в которое теперь встроена эта модель, поднялось на второе место в американском AppStore и стало первым среди ИИ-приложений. К 22 апреля оно опустилось на седьмое место, , пропустив вперед трех главных ИИ-конкурентов: ChatGPT, Claude и Gemini.

Пока это не заявка на победу, но то, что Meta сумела вернуться в большую ИИ-игру сомнению, пожалуй, не подлежит.