«Ситуация кота Шредингера»: аналитики подвели итоги полугода войны США с Ираном

Спустя полгода после начала войны в Иране аналитики на Уолл-стрит по-разному смотрят на перспективы цен на нефть / Фото: X/CENTCOM
28 августа знаменует собой шесть месяцев с момента начала США и Израилем войны против Ирана, которая спровоцировала ответные удары Тегерана по другим странам Персидского залива и привела к значительному нарушению мировой торговли, пишет CNBC.
Конфликт, который изначально должен был продлиться несколько недель, перерос в противостояние, у которого, по мнению геополитических аналитиков, не видно конца, передает телеканал. Однако характер войны также изменился: Белый дом переключил внимание на усиление финансового давления на Иран и его торговых партнеров — стратегию, которую президент Дональд Трамп назвал «экономическим днем Д».
Дальнейшая траектория конфликта, впрочем, остается крайне неопределенной.
Что говорят аналитики
В полугодовую годовщину войны в Иране на Уолл-стрит заметны разногласия по поводу перспектив цен на нефть: некоторые участники рынка считают, что инвесторы слишком беспечно оценивают риск новых скачков, передает MarketWatch.
«С того момента, как президент Дональд Трамп заявил телеканалу CBS News 9 марта, что, по его мнению, «война в целом завершена», часть рынка сохраняет непоколебимую уверенность в скором окончании конфликта», — отметила команда стратегических аналитиков RBC Capital Markets под руководством Хелимы Крофт.
Они отметили рост экспорта нефти через Ормузский пролив на прошлой неделе: он оказался на 1 млн баррелей в сутки выше четырехнедельного среднего показателя благодаря сопровождению судов флотом США и таким операциям, как перекачка сырья с судна на судно, передает MarketWatch. Тем не менее, учитывая атаки хуситов в Красном море, RBC оценивает объем нарушенных поставок нефти с Ближнего Востока примерно в 8 млн баррелей в сутки.
Пока неясно, захочет ли американская администрация и дальше постоянно сопровождать танкеры на Ближнем Востоке для наращивания нефтяного экспорта, — и это главный неизвестный фактор на данном этапе, отмечают аналитики. «Поэтому мы подозреваем, что напишем еще одну юбилейную заметку к февралю, даже если конфликт останется преимущественно гибридным, а [Ормузский] пролив продолжит пребывать в ситуации кота Шредингера», — отметили стратеги. Перспективы того, что переговоры Ирана и Омана по проливу принесут вариант, приемлемый для Вашингтона, они оценивают скептически.
Проблема не только и не столько в нефти
Хотя часть нефти удается доставить на рынок, больше беспокойства вызывает сжиженный природный газ (СПГ), транзитные поставки которого практически остановились к полугодовой отметке конфликта, отметила Крофт. «Рынки дизельного топлива и европейского газа готовятся к серьезному стресс-тесту по окончании лета на фоне непрекращающихся атак на ближневосточные и российские нефтеперерабатывающие заводы, а также продолжающейся потери экспорта катарского СПГ», — заявили они.
В этом с ними согласны аналитики Goldman Sachs. «Мы по-прежнему видим больший потенциал роста цен на европейский газ и нефтепродукты при затяжных перебоях, чем на сырую нефть», — отметила команда под руководством содиректора по исследованиям сырьевых рынков банка Даана Стрейвена.
Маржа, которую нефтеперерабатывающие предприятия закладывают в производство бензина, топочного мазута и дизеля, растет до исторических максимумов, усиливая давление, в частности, на стоимость нефтепродуктов для американских потребителей, передает MarketWatch.
Что касается нефти, Стрейвен с командой оценили ее вывоз из Персидского залива всеми способами примерно в 15–16 млн баррелей в сутки: это на 7–8 млн баррелей ниже довоенного уровня, но на 5–6 млн выше мартовского минимума. Все больше танкеров уходят из Ормузского пролива и Персидского залива с выключенными транспондерами — так называемыми «темными рейсами», отметили аналитики. Этому способствуют ограниченное спутниковое покрытие и рост числа перевалок грузов с судна на судно. Все это показывает, что производители и трейдеры адаптируются к ближневосточному конфликту, отметила команда Стрейвен.
Хотя фрахтовые рынки продолжают закладывать в цены перебои вплоть до 2027 года, «потенциальный рост теневых поставок и чувствительный к ценам чистый импорт сырой нефти Китаем могут сдержать рост цен на нее, даже если перебои на Ближнем Востоке затянутся», добавили они.







