Битва за вольфрам: как Казахстан попал в центр мировой гонки за критические минералы

Вольфрам входит в число наиболее стратегически важных металлов мира. Из-за того, что Китай ограничил экспорт, а спрос со стороны оборонной промышленности резко вырос, на рынке образовался серьезный дефицит. Казахстан, в случае подтверждения запасов и выхода проектов на проектную мощность, может войти в число крупнейших мировых производителей вольфрама и претендовать на второе место после Китая.

Интерес иностранных инвесторов к рынку редких и «критических» элементов в Казахстане резко обострился в прошлом году. В общей сложности с начала 2025 года удалось найти сообщения о таких инвестициях примерно на $2,4 млрд, из которых около $2 млрд должно прийтись на долю иностранцев.

Главная сделка в этой области – договоренность американской Cove Kaz Capital (70%) и государственной «Тау-Кен Самрук» (30%) развивать месторождения Северный Катпар и Верхнее Кайракты с суммарными запасами в 410 тыс. тонн вольфрама. Особую известность проект получил, когда стало известно о планируемом слиянии Cove Kaz Capital со Skyline Builders, в числе инвесторов которой упоминаются сыновья президента США – Эрик и Дональд Трамп-младший. Еще в ноябре 2025 года Cove Kaz Capital получила на разработку месторождений от американского правительства предварительное одобрение финансирования в пределах до $1,6 млрд и в мае запросила дополнительно $400 млн, чтобы ускорить разработку рудника. Вся продукция будет отправляться на приоритетное обеспечения потребностей правительства США и американского бизнеса – хотя и без обязательств со стороны Америки выкупать весь объем.

Управлять проектом будет австралиец Доминик Хитон, под руководством которого был построен и выведен на полную мощность комбинат во Вьетнаме Нуй Фао – крупнейший производитель вольфрама за пределами Китая.  

Это не единственный проект по разработке вольфрамовых месторождений, которым интересуются американцы в Казахстане. В феврале 2026 года американский Экспортно-импортный банк (US EXIM), выразил заинтересованность в финансировании в размере до $240 млн Дрожиловского месторождения в Костанайской области. Эта сумма позволит закрыть «значительную часть» капитальных затрат на проект. Ресурсы триоксида вольфрама на Дрожиловском месторождении оценены в 126,4 тыс. тонн, что соответствует 100,2 тыс. тонн чистого металла. 

В отличие от Катпара, разработкой этого месторождения занимается частный казахстанский инвестор –  входящая в Altyn Group компания QazMoly. Она принадлежит семье Ассаубаевых, которые связаны родственными отношениями с бывшим президентом страны Нурсултаном Назарбаевым. Контроль над месторождением был получен QazMoly еще в 2013 году, однако планы по запуску проекта пока осуществить не удавалось. 

«За 12 лет работы на рынках биржевых товаров с множеством странных и удивительных металлов я никогда не видел такого дефицитного рынка, как сейчас на вольфрам», — сказал в марте вице-президент по исследованиям рынков сырья BMO Capital Markets Джордж Хеппел. По его словам, война в Иране стала «суровым напоминанием» о металлоемкости современных войн: «Сотни и тысячи беспилотников, а также сотни и тысячи ракет и беспилотников, им противодействующих. Вольфраму отведена в этом большая роль».

Министерство обороны США относит вольфрам к стратегически важным материалам. Он отличается самой высокой температурой плавления среди металлов (3410 градусов) высокой твердостью и плотностью в полтора раза больше, чем у свинца. Сам вольфрам используется в производстве ламп накаливания, нагревательных элементов и сварочных электродов, а также в качестве добавки к сплавам. Особо прочные карбиды вольфрама используются в буровых инструментах и резцах, а также в наконечниках бронебойных снарядов и поражающих элементах современных ракет и атакующих дронов. 

Основная часть мирового производства вольфрама используется в гражданской промышленности. Проблема в том, что, несмотря на относительно невысокие объемы потребления для производства вооружения, его, из-за уникальных свойств, практически нечем заменить. И, по оценкам аналитической компании Project Blue, спрос со стороны оборонной промышленности, который сейчас оценивается примерно в 12% рынка вольфрама, с 2027 по 2028 год вырастет примерно до 15%.

В апреле 2026 года Институт критически важных минералов поставил вольфрам в рейтинг топ-5 стратегических металлов. «Минеральное сырье становится критически важным, когда его добыча сосредоточена в одной или двух странах – особенно в случаях, когда эти юрисдикции представляют собой риск для стабильности мировых поставок», – говорится в комментарии института. 

Основная проблема нынешнего рынка  вольфрама – предельная концентрация: до 80% мирового производства этого металла приходится на Китай. Основные игроки на местном рынке государственные Jiangxi Tungsten Holding Group, China Tungsten и China Minmetals Hightech Materials.

В феврале 2025 года страна ужесточила экспорт вольфрама, сославшись на соображения национальной безопасности, и продолжает применять к этому металлу строгий экспортный контроль. В результате поставки содержащих вольфрам компонентов сократились в 2025 году почти на 70%. С января 2025 года по март 2026 года мировые цены на вольфрам выросли почти в восемь раз – но к июню успели упасть вдвое и снова вырасти более чем на четверть до $188,2 за килограмм (цена в Китае без учета стоимости доставки, лицензирования и прочих расходов).

«Конкуренции в этой сфере нет, Китай монополизировал этот сектор, и мы отстаем от него на десятилетия», – говорил в 2024 году управляющий партнер и учредитель Cove Capital Пини Альтхаус.

США производят в год менее 1 тыс. тонн вольфрама, чего не хватает на покрытие даже 5% собственных потребностей. На преодоление дефицита «критических» минералов нынешняя администрация США выделила «ошеломляющие» $18,6 млрд – правда, как отмечают эксперты BMO Capital Markets, $15,9 млрд из них пока существуют в виде писем о намерениях от Экспортно-импортного банка.

Поскольку рынок вольфрама невелик, дефицит может спровоцировать дальнейший рост цен, прежде чем ситуация стабилизируется, – считает Дэвид Аргайл, сооснователь Arlington Innovation Partners , американской компании, которая специализируется на развитии цепочек поставок критически важных материалов. Он отметил, что ситуация будет оставаться «разочаровывающей и раздражающей» еще около двух лет – до запуска новых рудников в разных странах.

Месторождения Северный Катпар и Верхние Кайракты были открыты еще советскими геологами в середине прошлого века. Они расположены недалеко друг от друга и имеют довольно развитую инфраструктуру. В 1980-е годы на Верхнем Кайрактинском планировалось строительство крупного ГОКа, но проект не был доведен до промышленной стадии. После распада СССР работы на обоих месторождениях остановились.

На эти два месторождения приходится около 70% запасов вольфрама в Казахстане – около 1,4  млн тонн (правда, часть этих оценок относится еще к советским временам и с тех пор не проверялась).  

По уточненным данным в соответствии с международным стандартом JORC запасы этих месторождений оценены скромнее, всего в 410 тыс. тонн вольфрама – но это все равно почти вчетверо больше, чем на крупнейшем вне Китая производстве, вьетнамском месторождении Нуй Фао.

В разное время казахстанскими месторождениями интересовались инвесторы из Китая, России, Европы, но все соглашения останавливались на этапе исследовательских работ. До недавнего времени мировое производство в целом покрывало спрос, поэтому с учетом высокой волатильности цен инвестиции в отрасль были связаны и со значительным риском, говорится в «Комплексном плане развития отрасли редких и редкоземельных металлов Казахстана на 2024 – 2028 годы». Там же отмечается низкий уровень геологоразведочных работ на месторождениях, отсутствие открытого доступа к балансовым запасам,  а также изношенность основных фондов.  

Cейчас главная цель Cove Capital, согласно комментариям менеджмента, завершить инженерные исследования, разработать планы строительства шахты и перерабатывающего завода и начать работы в течение следующих восемнадцати месяцев. По оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), средний мировой срок строительства горнодобывающих мощностей, без учета разведки и разрешительных процедур, составляет 4-5 лет.

Если месторождения Северный Катпар и Верхние Кайракты будут введены в эксплуатацию, планируемый объём производства составит около 12 тыс. тонн в год.  Это примерно 15% от текущей мировой годовой добычи вольфрама, которая оценивается в 85 тыс. тонн в год. При сохранении текущих объёмов добычи в других странах это может вывести Казахстан на второе место в мире по добыче вольфрама после Китая, который в прошлом году добыл 59 тыс. тонн.

При выходе на проектную мощность стоимость годового выпуска Северного Катпара и Верхнего Кайракты даже по внутренним китайским ценам может превышать $1,5 млрд. Европейские цены при нынешней волатильности могут отличаться в большую сторону на десятки процентов и даже в несколько раз.

В майском обзоре BMO Capital Markets говорится, что возможностей казахстанских месторождений в будущем может хватить для обеспечения всех потребностей США. «Однако оба они находятся на очень ранней стадии разработки, и государственное финансирование США по ним пока только назначено, но не обязательно будет выдано», – отмечается в майском обзоре BMO Capital Markets. Приглашенный научный сотрудник Белградского центра политики безопасности Михаил Коростиков тоже видит риски для проекта: они связаны с возможной сменой администрации США после следующих президентских выборов, и в этом случае могут быть пересмотрены проекты, поддержанные нынешним американским президентом.