Почему атака на Anthropic опаснее войны с Ираном: мнение нобелевского лауреата
Конфликт Пентагона (на фото слева — глава Минобороны США Пит Хегсет) с Anthropic случился из-за отказа этого разработчика предоставить полный доступ к своей ИИ-модели. Фото: The White House
Дарон Аджемоглу, лауреат Нобелевской премии по экономике 2024 года и профессор экономики Массачусетского технологического института, в колонке для Project Syndicate написал, что начало военной операции против Ирана и атака Пентагона на ИИ-разработчика Anthropic несут в себе опасность, поскольку позволяют избавить администрацию США от любых ограничений в будущем.
«Американская лотерея»
В 2000 году Роберт Мугабе, бывший диктатор Зимбабве, выиграл главный приз в национальной лотерее страны. Он выиграл по простой причине: потому что мог. Разрушив институты, ограничивавшие вашу власть (что и сделал Мугабе за 37 лет своего правления), вы можете править ради личного обогащения, личного возвеличивания или просто для личного развлечения. Есть ли лучший способ продемонстрировать неограниченную власть, чем показать, что существующая система правил — фарс? Ущерб, который такое поведение может нанести нормам и институтам, является частью замысла.
Лотерея Мугабе вспоминается в связи с двумя недавними решениями администрации президента США Дональда Трампа. Оба решения следует плану, призванному устранить все ограничения для действий Трампа и его союзников в будущем.
Первое решение — начать совместную американо-израильскую атаку на Иран и убить иранского верховного лидера аятоллу Али Хаменеи. Не говоря уже о человеческих жертвах и наступившем хаосе, должно быть очевидно, что эта атака спровоцирует длительный период нестабильности на Ближнем Востоке.
Да, иранский режим был репрессивным, кровавым и вредным для экономического и социального благосостояния иранцев. У Хаменеи, элит и устрашающего Корпуса стражей исламской революции на руках кровь, включая убийства и аресты десятков тысяч протестующих в этому году.
Но ничто из этого не оправдывает начало новой войны на Ближнем Востоке, которая не получила поддержку ни международных союзников, ни внутри страны. США все еще считаются демократической страной, где мнение людей — в принципе — должно иметь значение. Но из-за того, что Трамп рискнул спровоцировать кровопролитие во всем регионе, этот демократический фасад с каждым днем выглядит тоньше.
Какой бы ужасной ни была репутация у Хаменеи, он не был Николасом Мадуро, у которого к моменту январской операции Трампа по его захвату почти не осталось преданных сторонников даже среди военных Венесуэлы. Не будет марионеточного режима в Иране, где сильны государственные институты и националистические настроения. Когда в ходе иранской революции 1979 года рухнул режим шаха, государственный аппарат остался в целом нетронутым и перешел на сторону новой Исламской Республики.
Теперь этот государственный аппарат будет защищать интересы Ирана и стремиться использовать свои прокси-структуры для дестабилизации других стран. Тем самым новую жизнь могут обрести «Хезболла» и ХАМАС, серьезно ослабленные после нападения ХАМАС на Израиль 7 октября 2023 года.
Кроме того, Хаменеи, благодаря своей религиозной роли, пользовался уважением и авторитетом у мусульман-шиитов как в Иране, где они составляют подавляющее большинство населения, так и за рубежом. В глазах многих это убийство делает его мучеником, а это последнее, что нужно Ирану или региону.
Вторым опасным и дестабилизирующим решением Трампа, которое непосредственно предшествовало первому, было признание компании Anthropic, занимающейся разработкой ИИ, источником риска для цепочки поставок. Это определение, которое обычно дается фирмами из стран-соперников, включая китайскую Huawei, запрещает федеральным подрядчикам использовать модели Anthropic и предвещает широкие ограничения для потенциальной деятельности компании в будущем.
«Решение вступает в силу немедленно, — заявил министр обороны Пит Хегсет, — ни один подрядчик, поставщик или партнер, который ведет бизнес с вооруженными силами США, не может заниматься коммерческой деятельностью с Anthropic».
Причина: Anthropic хотела гарантий, что ее модели не будут использоваться для массовой слежки за американцами и в автономных системах вооружений. Ни одно из этих требований не создавало значимые ограничения для министерства обороны на практике. Массовая слежка за гражданами США, согласно законодательству страны, не является легальной, а автономные системы вооружений в ближайшем будущем невозможны. Но для Трампа и Хегсета важно публичное противостояние и запугивание Anthropic. Они должны показать, что могут поступать так, как им хочется — так же, как делал Мугабе.
Правительство vs. частный бизнес: борьба за контроль ИИ
В отличие от сфальсифицированной лотереи в Зимбабве, решение по поводу Anthropic будет иметь серьезные последствия и, возможно, даже более серьезные, чем атака на Иран. Кто бы что ни думал о нынешнем потенциале ИИ, не вызывает особых сомнений одно: для демократии, бизнеса, коммуникаций и конфиденциальности будет иметь ключевое значение то, кто именно будет контролировать ИИ в будущем. Многие в этой отрасли, вероятно, интерпретируют запрет Anthropic как сигнал, что ИИ будет контролировать правительство США, а не частный сектор.
Принцип «победитель получает все», вне зависимости от того, насколько он реален, уже довел конкуренцию между OpenAI, Anthropic и Google до точки кипения. Через нескольких часов после объявления об Anthropic глава компании OpenAI Сэм Альтман поспешил заключить сделку с министерством обороны. Эта сделка сигнализирует, что конкуренция выходит на новые опасные высоты. Альтман готов дать Хегсету все, что ему отказывалась дать Anthropic, включая инструменты для нарушения законов США и желание работать над системами автономных вооружений.
Но последствия атаки на Anthropic могут оказаться даже более серьезными. Нынешняя администрация и, возможно, будущие администрации смогут теперь несоразмерно карать любого подрядчика, с которым они не согласны. Защита прав частной собственности выглядит теперь шатко. Кроме того, Пентагон дал понять всему миру, что намерен заняться массовой слежкой и разработкой автономных систем вооружений (а иначе зачем вообще тревожиться по поводу двух неэффективных условий контракта?).
Трамп, пожалуй, достиг абсурдности уровня Мугабе, начав военную атаку на Иран и юридическую атаку на Anthropic. Президент, который пришел к власти, пообещав не ввязываться в конфликты за рубежом (особенно на Ближнем Востоке), начал конфликт, который потенциально даже более рискован, чем война в Ираке 20 лет назад, хотя ее обоснования даже менее убедительны. И президент, который ругает «социализм» и «ультралевых демократов», использует государство для уничтожения частной компании.
В обоих случаях весь смысл как раз в абсурде. И так было с Мугабе. Шокировать и попирать нормы — это воплощение личного и политического кредо Трампа: правила написаны для неудачников.
Copyright: Project Syndicate, 2026.