Инвестор из «Игры на понижение» избегает разработчиков ИИ. Что он покупает взамен?

Сектор искусственного интеллекта слишком концентрирован, но это не значит, что в нем нет интересных инвестиционных возможностей. Инвестор Стив Айзман, предсказавший кризис на американском рынке жилья в 2008 году и ставший прототипом одного из героев «Игры на понижение», наиболее привлекательными считает компании, которые обеспечивают отрасль оборудованием и инфраструктурой. В подкасте New Money он рассказал, почему не вкладывается в разработчиков ИИ-моделей, как оценивает гиперскейлеров и где видит более понятные инвестиционные идеи. 

Сейчас ИИ-индустрия чрезмерно концентрирована, считает Айзман. По сути, она зависит от двух компаний: крупнейшие ИИ-лаборатории OpenAI и Anthropic приносят Microsoft, Amazon и Google около 70% их ИИ-выручки, а сами остаются убыточными и зависят от внешнего капитала — в том числе от тех же технологических гигантов. Если OpenAI и Anthropic лишатся финансирования или резко замедлят рост, последствия затронут всю цепочку — от облачных компаний до производителей чипов и другой инфраструктуры. 

Еще одну проблему Айзман видит в том, как ИИ меняет финансовую модель гиперскейлеров. Раньше Microsoft, Amazon и Google генерировали столько свободных денежных средств, что направляли излишки на обратный выкуп акций. Теперь огромные суммы уходят на дата-центры и другую ИИ-инфраструктуру: по оценке Айзмана, только в этом году крупнейшие гиперскейлеры потратят около $700 млрд. В результате их свободный денежный поток резко сокращается, а у некоторых компаний уже уходит в минус. Айзман, который держит акции Google около восьми лет, говорит, что сегодня фактически владеет уже другой компанией: ИИ заметно изменил ее финансовый профиль.

Гиперскейлеров от конкуренции защищает капиталоемкость бизнеса: лишь немногие компании способны финансировать строительство дата-центров такого масштаба. У разработчиков ИИ-моделей Айзман такого же конкурентного преимущества не видит: пользователи могут быстро перейти на более качественную модель конкурента, а компании все чаще выбирают более дешевые решения для задач, которые не требуют самых мощных систем. Поэтому он предпочитает не инвестировать в разработчиков ИИ-моделей.

Айзман делает ставку на «кирки и лопаты» ИИ-бума: вместо попытки угадать победителя среди ИИ-моделей он выбирает компании, которые продают оборудование и инфраструктуру всей индустрии. Инвестор предпочитает компании, которым достаются капитальные расходы ИИ-индустрии: чипмейкеров Nvidia и Micron, производителей сетевого оборудования Arista Networks, Cisco, энергетические компании Eaton и GE Vernova.

Особенно Айзман выделяет GE Vernova — производителя газовых турбин и энергетического оборудования. Еще несколько лет назад его энергетический бизнес считался настолько слабым, что один из аналитиков оценивал его в минус $3 млрд. Теперь спрос резко изменился, говорит Айзман. Впервые примерно за 15 лет в США растет производство электроэнергии, а строительство дата-центров только увеличивает спрос. По словам Айзмана, спрос увеличивается на 3–4% в год — это эквивалентно потреблению двух крупных городов. 

По итогам последнего квартала заказы GE Vernova на газовые турбины выросли примерно на 85%, портфель заказов уже сформирован на годы вперед — компания уже принимает заказы на поставки после 2030 года. Сам Айзман купил акции GE Vernova еще на раннем этапе.

Свою инвестиционную стратегию Айзман строит прежде всего на оценке перспектив бизнеса, а не на поиске дешевых акций. Низкая цена сама по себе его не привлекает: она часто отражает реальные проблемы компании. Однако хорошие перспективы бизнеса сами по себе тоже не являются основанием для покупки — Айзман учитывает и оценку акций. Например, Palantir он считает привлекательной компанией, однако не покупает ее акции из-за высокой оценки.

Айзман ценит устойчивое конкурентное преимущество, но не считает его обязательным условием для инвестиций. Наличие такого «защитного рва» он называет одной из причин, по которым держит акции Moody’s и Visa. При выборе компаний для него важнее устойчивые факторы роста, которые не зависят напрямую от экономического цикла. Поэтому Айзман обычно избегает циклического бизнеса, где инвестиционный результат во многом определяется прогнозом экономики.

В последние годы Айзман инвестирует только в США. Когда он управлял хедж-фондами, он работал и на зарубежных рынках, но такой режим, по его словам, фактически стирал границу между днем и ночью. Поэтому Айзман отказался от международной диверсификации: возможностей в США ему достаточно.

______________________

В разделе «Портфели гуру» на Oninvest можно отслеживать структуру и изменения портфелей крупнейших мировых инвесторов и фондов. Сервис позволяет анализировать крупнейшие позиции, новые идеи и изменения долей активов на основе отчетности 13F, а также сравнивать динамику портфелей во времени.