Инвесторы меняют TACO на NACHO: как это связано с Ормузским проливом?

Инвестиционная стратегия «Трамп всегда дает заднюю» («Trump Always Chickens Out», TACO) на фоне войны на Ближнем Востоке превратилась в одну из основных движущих сил фондового рынка США. Однако теперь среди трейдеров зарождается новая тенденция: «Никаких шансов на открытие Ормузского пролива» (Not A Chance Hormuz Opens, NACHO), обратил внимание CNBC.

Для описания новой стратегии на фондовом рынке США трейдеры придумали новый акроним: NACHO — «Not A Chance Hormuz Opens» («Никаких шансов на открытие Ормузского пролива»). Так на торговых площадках описывают растущее разочарование в том, что Ормузский пролив, закрытый с конца февраля из-за военного конфликта между США, Израилем и Ираном, откроется в обозримом будущем, отмечает CNBC.

Новый тренд зарождается на рынке наряду с так называемой торговлей «TACO» — «Trump Always Chickens Out» («Трамп всегда дает заднюю»). Так, раньше инвесторы ставили на то, что президент США будет отступать от своих наиболее жестких угроз — будь то тарифы или геополитика. Теперь у рынка новая стратегия: если раньше каждый заголовок о возможном перемирии на Ближнем Востоке вызывал резкое падение нефтяных котировок, сейчас трейдеры перестали верить в быструю развязку конфликта между США, Израилем и Ираном. Участники рынка все чаще рассматривают сбои в поставках через Ормузский пролив как устойчивую макроэкономическую особенность, а не как временный геополитический шок, пишет CNBC. 

Обе стратегии — TACO и NACHO, разворачиваясь параллельно, — теперь действуют на рынке одновременно, замечают аналитики State Street Global Advisors, пишет CNBC. «Во втором квартале высокие цены на энергоносители не помешали S&P 500 восстановиться до новых исторических максимумов», — отметили аналитики в одной из своих недавних записок.

«По сути, рынок теряет надежду на быстрое решение [конфликта на Ближнем Востоке], — говорит в интервью CNBC аналитик eToro Ксавьер Вонг. — На протяжении большей части [иранского] кризиса каждый заголовок о прекращении огня вызывал резкое падение цен на нефть, а трейдеры раз за разом закладывали в цены [активов скорое] урегулирование, которое так и не наступило», — добавил он. «NACHO — это признание того, что высокие цены на нефть не временный шок, а нынешняя рыночная реальность», — констатировал аналитик. Свою позицию он, среди прочего, связал с «сигналом со стороны страхового рынка». До сих пор «военные надбавки за проход [судна] через Ормузский пролив», по его оценкам, остаются в восемь раз выше довоенного уровня. «Страховщики зарабатывают на оценке рисков — и они явно не рассматривают нынешнюю ситуацию как историю с близким разрешением», — считает Вонг.

Ормузский пролив — один из важнейших для поставок энергоносителей маршрутов, через который до начала войны на Ближнем Востоке проходило около 20% мировых поставок нефти и значительный объем СПГ. С конца февраля на фоне возможных атак со стороны Ирана, а затем — блокады в проливе иранских портов со стороны США — судоходство по этому пути практически прекратилось. По оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), кризис в Ормузском проливе привел к крупнейшему в истории нефтяного рынка сбою в поставках. На максимуме на фоне войны на Ближнем Востоке котировки нефти Brent подскакивали до $126 за баррель.

8 мая Brent торгуется чуть выше $100 за баррель, американская WTI стоит в пределах $95 — тем не менее, с конца февраля цены на нефть выросли относительно довоенных уровней на 38%.