Испытание для Петера Мадьяра: с чем предстоит разобраться новому лидеру Венгрии

12 апреля в Венгрии прошли парламентские выборы, их результатом стало поражение партии «Фидес» Виктора Орбана, который находился у власти в стране 16 лет. Выборы — c большим отрывом — выиграла оппозиционная партия «Тиса» во главе с 45-летним Петером Мадьяром, она получила 136 из 199 мест в венгерском парламенте. Пирошка Надь Мохачи, приглашенный профессор Лондонской школы экономики и политических наук, написала для Project Syndicate, с чем теперь придется разбираться новым властям Венгрии.

Сокрушительная победа Петера Мадьяра над Виктором Орбаном в Венгрии — событие экстраординарное. Еще два года назад политическая партия Мадьяра «Тиса» даже не была известна широкой публике. Теперь же она получила конституционное большинство, которое вполне может позволить ей искоренить систему «иллиберальной демократии», выстроенную Орбаном за последние 16 лет.

Это событие имеет значение далеко за пределами Венгрии и даже за пределами Европы. Для венгров оно означает четкое неприятие того, что многие стали считать «мафиозным государством», отмеченным централизацией власти, подконтрольными СМИ и системной коррупцией под предводительством семьи Орбана (его зять теперь является одним из богатейших людей страны). При Орбане политический курс Венгрии становился все более антиевропейским и пророссийским, что ставило под угрозу национальную безопасность страны и безопасность Запада в целом.

Победа Мадьяра также демонстрирует, что демократические системы способны к самокоррекции, даже когда институты выхолощены, а власть кажется непоколебимой. Оказывается, даже полуавторитарную систему можно подвергнуть критике и в конечном итоге свергнуть при наличии правильных условий.

Сейчас можно выделить несколько четких уроков для других стран, столкнувшихся с «хищническими» режимами, выстроенными популистами у власти.

— Во-первых, политическое лидерство имеет значение. Для успешного вызова системе нужен лидер, сочетающий в себе политические навыки и знания инсайдера. Прошлое Мадьяра внутри системы (он был относительно не крупной фигурой в партии самого Орбана) дало ему авторитет и понимание того, какими способами правительство может манипулировать выборами.

— Во-вторых, центризм — это не признак слабости, а опора выигрышной стратегии. Избегая крайностей и апеллируя к умеренным избирателям с обеих сторон, Мадьяр смог собрать коалицию из разрозненной прежде оппозиции.

— В-третьих, контроль государства над традиционными СМИ больше не является решающим фактором, если оппозиция находит новые каналы связи с общественностью. В медиа Венгрии уже давно доминируют проправительственные издания, что делает традиционную предвыборную кампанию для кого-либо, кроме действующей власти, невозможной. Но Мадьяр придумал поразительно простой способ: он пошел напрямую к электорату, отправившись в годовой тур по стране. Общаясь с избирателями в маленьких городках и деревнях, он создал альтернативные каналы коммуникации и восстановил доверие.

— В-четвертых, внешняя поддержка может иметь неприятные последствия, так как избиратели очень чувствительны к подобному вмешательству. Приехав поддержать Орбана и его кампанию, вице-президент США Джей Ди Вэнс, возможно, принес больше вреда, чем пользы.

— Наконец, Европейский Союз имеет значение. Членство в ЕС сыграло важную фоновую роль в поддержании демократической устойчивости Венгрии, так как обеспечило основу для сохранения политической конкуренции (хотя оно и не может заменить внутреннюю политическую мобилизацию).

Теперь, после победы первым серьезным испытанием для Мадьяра станет экономика. Его правительство наследует нестабильную макроэкономическую среду со слабым ростом, низким уровнем инвестиций и бизнес-климатом, обремененным наследием коррупции, фаворитизма и масштабного, часто непредсказуемого государственного вмешательства. Широкий спектр административных мер — ограничение цен и торговых надбавок, отраслевые налоги и ситуативные регуляторные изменения — исказили рыночные сигналы, дестимулировали инвестиции и подорвали доверие. Цены на недвижимость высоки и продолжают расти из-за неудачных жилищных программ уходящего правительства.

В то же время наблюдается значительный фискальный дисбаланс. Ожидается, что дефицит бюджета в этом году достигнет 5,5–6% ВВП. При уже высоком государственном долге пространство для маневра для смягчения экономических шоков будет ограничено. Серьезным краткосрочным риском является высокая зависимость страны от российских энергоносителей — уязвимость, которую Кремль, скорее всего, попытается использовать как рычаг давления.

Однако прогноз не является полностью негативным. Инфляция снизилась по сравнению с прежними высокими уровнями, счет текущих операций в целом сбалансирован, а накопленные международные резервы находятся на комфортном уровне. Финансовый сектор стабилен и прибылен, несмотря на бремя специальных налоговых мер. Эти факторы дают новому правительству узкое окно возможностей для перезагрузки политики и восстановления доверия к государству.

Для этого потребуется сфокусированная и прагматичная экономическая программа. Самым неотложным приоритетом является разблокировка фондов ЕС, которые были заморожены из-за нарушений принципа верховенства закона при Орбане. Обязательство Мадьяра присоединиться к Европейской прокуратуре — это критически важный шаг, сигнализирующий о разрыве с практиками управления прошлых лет. Конструктивное взаимодействие с партнерами по ЕС, включая его прагматичную позицию по поводу поддержки Украины, должно внушать оптимизм.

Во-вторых, правительство должно провести быстрый и прозрачный аудит финансового положения Венгрии, в идеале с привлечением независимых институтов или внешних партнеров, таких как МВФ. Установление четкой картины финансового «наследия» является ключом к разработке заслуживающей доверия программы корректировки и выполнению предвыборных обещаний. Это также должно позволить провести адресное сокращение расходов, начиная с политически мотивированных субсидий и трат на пропаганду, при одновременной защите и перенаправлении ресурсов в приоритетные области, такие как здравоохранение и образование.

В-третьих, необходимо немедленно приступить к демонтажу мер, искажающих рынок. Необходимо отменить ценовые потолки, ограничения торговых надбавок и другие административные меры, сопровождая это четким информированием населения, чтобы предотвратить всплеск инфляционного давления. Восстановление рыночно-ориентированной системы, основанной на правилах, необходимо для возвращения доверия и оживления частных инвестиций.

Наконец, правительство должно закрепить свою стратегию более четким предварительным обязательством по переходу на евро. Хотя это не может произойти в одночасье, правильный сигнал устранит некоторые источники неопределенности, укрепит фискальную дисциплину и институциональное доверие, а также более прочно свяжет Венгрию с ее европейскими партнерами.

В то же время критически важной будет оперативная, масштабная и прагматичная поддержка со стороны европейских партнеров и ЕС. Сейчас не время для европейцев «удваивать ставки», предъявляя Венгрии новые требования, как, по сообщениям СМИ, заявляли некоторые высокопоставленные чиновники ЕС в связи с получением новым правительством конституционного большинства. Напротив, сейчас самое время быстро выполнить ключевые требования обеих сторон.

Общий вывод ясен: электоральная демократия, даже в условиях ограничений, все еще может функционировать как механизм подотчетности власти. Но это не происходит автоматически. Это требует лидерства, стратегии и постоянного взаимодействия с избирателями. Демократия не может защитить себя сама. Это под силу только ответственным политикам и вовлеченным гражданам.

Copyright: Project Syndicate, 2026.

www.project-syndicate.org