От рудника до криптокошелька: нужны ли инвесторам золото, медь и уран на блокчейне

Сильный рост цен на драгоценные и промышленные металлы в последние годы наложился на развитие криптотехнологий, и эти два мира, реальных и виртуальных активов, начали сближаться. Компании разрабатывают криптотокены, привязанные к металлам, включая золото, медь и уран, чтобы привлечь инвесторов на рынок физических активов с помощью цифровых технологий. 

Эти проекты позиционируются как способ облегчить розничным инвесторам доступ к рынку физического металла, как путь в металлургический сектор для энтузиастов криптовалют, стремящихся диверсифицировать свои вложения с помощью активов «реального мира», и как новый способ финансирования горнодобывающих проектов, пишет Financial Times.

Владение физическим активом связано с издержками. Те же слитки или монеты из драгметаллов нужно хранить, возможно – страховать, малейшие повреждения приводят к падению цены при выкупе, да еще в разных странах могут быть налоговые требования, например, уплата НДС при продаже. 

Чтобы избежать этих проблем, инвесторы могут вкладываться в золото и серебро через биржевые фонды. Банки в свою очередь предлагают обезличенные металлические счета. Самые рисковые могут торговать фьючерсами, однако это инструмент не для всех, так как предусматривает большое кредитное плечо. 

Но все эти финансовые инструменты не дают инвестору возможности владеть самим товаром, что высоко ценится, например, в случае с золотом. Рынки промышленных металлов и вовсе созданы для профессиональных участников.

Токены же предусматривают, что инвестор получит цифровые права на металл, в том числе на его физическую доставку.

К примеру, торговая платформа Metals.io выпустила токены на уран, никель и кобальт. Они дают инвесторам «прямой доступ к сырьевым рынкам без затрат и сложностей, связанных с фьючерсами», сказал FT Бен Элвидж, директор по альтернативным активам Trilitech — компании, разработавшей Metals.io. Держатели могут обменять токены на физический металл при наличии соответствующих разрешений. Впрочем, поставку урана, оборот которого строго регулируется, пока никто не заказал.

По словам Элвиджа, основной спрос на токены наблюдается со стороны «крипто-ориентированного капитала, стремящегося к диверсификации за счет реальных активов с потенциалом роста», а также институциональных инвесторов.

Объемы торгов, правда, остаются небольшими: совокупный показатель на Metals.io с декабря 2024 года составил всего $24 млн, а число держателей токенов — около 9 тыс.

Над цифровизацией золота работает Всемирный совет по золоту (WGC), представляющий его производителей. Это позволит расширить число участников рынка и, в частности, использовать металл в качестве залога по кредитам, что обеспечит ему доходность (помимо потенциального роста цены), пояснял гендиректор WGC Дэвид Тейт. Совет планировал представить свою систему в первом квартале 2026 года, но сейчас запуск перенесен на третий.

Регуляторы тоже стараются не отставать: в частности, британское Управление по финансовому регулированию и надзору (FCA) разрабатывает нормы для токенизации золота, чтобы поддержать развитие Лондона как мирового центра по торговле слитками. 

FCA ведет переговоры с представителями отрасли, в том числе с крупными банками, о способах регулирования токенизированного золота, рассказали FT люди, знакомые с планами регулятора. Процесс предполагает создание токенов, представляющих права собственности на физическое золото. Слитки, которые служат обеспечением, хранятся у эмитента цифровых прав.

Сейчас Лондон обеспечивает примерно 70% объема торгов на мировом рынке золота, здесь находятся крупнейшие хранилища металла, но вызов ему бросают Шанхай и Гонконг. 

Если Лондон не модернизирует свой рынок золота с помощью токенизации, другие торговые площадки могут перехватить лидерство, пояснил один из источников FT. Банк HSBC два года назад уже запустил продукт на основе токенизированного золота, но он доступен исключительно для розничных клиентов в Гонконге. С тех пор клиенты провели более 276 тыс. сделок более чем на $2,2 млрд.

Криптоэнтузиасты вряд ли бы двинулись на рынки металлов, не покажи те приличную доходность в последние годы и не имей они долгосрочных перспектив. 

До исторического пика в январе золото подорожало почти втрое за два года. Затем произошла коррекция и цена легла в «боковик», но интерес к золоту сохраняется из-за снижения доверия к бумажным валютам, роста уровней долга, скупки металла центробанками для диверсификации резервов.

Медь с начала 2025 года выросла в цене более чем в 1,5 раза благодаря электрификации мировой экономики, которая одновременно осуществляет переход на чистые источники энергии и пытается создать гигантскую инфраструктуру для облачных вычислений, требующихся для компьютерной индустрии и искусственного интеллекта.

Интерес к урану подогревается зеленым переходом, который должен только ускориться после кризиса, вызванного войной на Ближнем Востоке. АЭС не выбрасывают парниковых газов и способны обеспечивать подачу энергии в периоды падения солнечной и ветряной генерации. 

Но вопрос о том, будут ли инвесторам интересны цифровые варианты этих товаров, пусть даже с правом на получение их в физическом виде, остается открытым. 

Tether, эмитент крупнейшего в мире одноименного стейблкойна, также выпустил обеспеченный золотом криптотокен Tether Gold. Аналогичный токен, Pax Gold, выпустила блокчейн-компания Paxos. В обоих случаях токен равен 1 тройской унции золота в слитках, и держатели могут обменять его на физическое золото. При том, что Tether Gold и Pax Gold — два крупнейших золотых токена, их рыночная стоимость составляет лишь около $2,7 млрд и $1,9 млрд соответственно. 

Для сравнения: стоимость активов биржевых фондов, обеспеченных золотом (более чем на 4 тыс. тонн), составила в июле $530 млрд.

«Тот, кто инвестирует в золото, — это, скорее всего, традиционный инвестор, который обратится непосредственно к тем инструментам, которые ему знакомы», — говорит Кейтлин Барнетт, директор по вопросам регулирования и соблюдения нормативных требований Chainalysis.

Она также обращает внимание на то, что предлагаемые токены торгуются в разных местах — от различных криптобирж до собственных торговых платформ и даже приложений.

Необходимо развивать операционную совместимость, полагает Барнетт и добавляет: «В конечном счете, думаю, все перейдет в блокчейн, поскольку там можно записывать всю информацию».