Перспективы мировой экономики ухудшаются: что говорят инвесторы и аналитики
МВФ ухудшил базовый прогноз для мировой экономики, но предупредил, что сейчас ее перспективы «дрейфуют» в сторону еще более неблагоприятного сценария. Фото: Edwin Hooper / Unsplash.com
Военный конфликт на Ближнем Востоке оставит на мировой экономике шрамы, которые еще долго не заживут. МВФ предупреждает о том, что его экономический прогноз «дрейфует» в сторону более неблагоприятного сценария. Инвесторы вынуждены вновь пересматривать свои стратегии.
На пороге нового «серьезного кризиса»
По новому базовому прогнозу МВФ, рост мировой экономики в этом году составит 3,1%, хотя еще в январе он прогнозировался на уровне 3,3%, и фонд даже намеревался скорректировать апрельскую оценку до 3,4% (на столько же мировой ВВП вырос в 2025 году).
Пересмотр в сторону снижения на 2026 год в основном отражает негативное воздействие конфликта на Ближнем Востоке, пояснил в своих материалах МВФ.
Глобальная инфляция по базовому прогнозу теперь ожидается на уровне 4,4% вместо 3,9%. Цены вырастут по цепочке поставок из-за подорожания как топлива, так и, например, удобрений.
«По нашим оценкам, примерно половина роста цен на удобрения приводит через год к росту цен на продовольствие», — сказал Financial Times главный экономист МВФ Пьер-Оливье Гуринша.
Но этот прогноз основывается на предположении, что конфликт на Ближнем Востоке быстро закончится и цены на нефть снизятся. Однако сейчас, как заявил главный экономист МВФ, мировая экономика «дрейфует» в сторону более неблагоприятного сценария.
Он предполагает, что, если конфликт на Ближнем Востоке затянется, а цены на нефть будут держаться на уровне около $100 за баррель до конца года, экономический рост замедлится до 2,5%, а инфляция достигнет 5,4%. В худшем случае, предполагающем более значительные повреждения энергетической инфраструктуры в регионе конфликта, последствия будут еще более серьезными: замедление мирового роста до 2% в 2026 году, ускорение инфляции до 5,8% в этом и более чем до 6% — в следующем году.
«Рост на 2% мы наблюдали всего четыре раза с 1980 года, причем в двух случаях он был связан с серьезными кризисами — мировым финансовым [в 2008-2009 годах] и пандемией COVID-19», — сказал Гуринша.
Конкретные потери
МВФ ухудшил прогноз роста для развивающихся стран на 0,3 процентного пункта по сравнению с январской оценкой, считая, что именно они пострадают от нынешнего кризиса сильнее всего.
Фонд ожидает, что как минимум 12 стран обратятся к нему за новыми кредитами, чтобы справиться с резким ростом цен на энергоносители и последствиями нарушения цепочек поставок из-за войны на Ближнем Востоке. Глава МВФ Кристалина Георгиева в Вашингтоне 15 апреля заявила, что последствия войны могут привести к дополнительному спросу на финансовую помощь в размере от $20 до $50 млрд, включая новые кредиты и увеличение объема финансирования по действующим программам.
Прогноз для развитых экономик изменился несильно. Но, по мнению Фатиха Бироля, исполнительного директора Международного энергетического агентства, последствия ощутят все страны — и богатые, и бедные. Чем дольше длится нынешнее «отчаянное положение», тем хуже будут эти последствия для темпов экономического роста и инфляции — выше будут цены и на бензин, и на газ, и на электричество, сказал Бироль Associated Press.
Власти Германии, например, теряют надежду на восстановление экономики в этом году, пишет FT: по информации источников газеты, правительство этой страны планирует снизить прогноз роста с 1% до 0,5%. В результате фактическая стагнация в крупнейшей экономике Европы продлится четвертый год.
Главный экономист Commerzbank Йорг Кремер ожидает, что рост ВВП Германии составит и вовсе 0,3% против 0,4% в 2025 году. «По сути, это черный ноль», — сказал он FT. Новый прогноз МВФ — 0,8%.
«Экономическое развитие Германии заметно потеряло в динамике в первом квартале на фоне конфликта на Ближнем Востоке», — предупредило министерство экономики страны. Рост в этом году в основном будет обусловлен «импульсом от государственных расходов», поскольку частные инвестиции, экспорт и внутреннее потребление стагнируют, сказал FT источник в правительстве.
Некоторые сектора пострадают сильнее остальных. В то время как фьючерсные цены на нефть и газ вырастали примерно в полтора раза (а сейчас они примерно на треть выше, чем до войны), авиатопливо в Европе подорожало более чем вдвое. В последние два года оно стоило примерно $700-800 за тонну, а в начале апреля достигло рекордных $1904. Даже во время энергетического кризиса 2022 года цена превышала лишь $1500 за тонну.
«Запасов авиатоплива в Европе осталось, возможно, на шесть недель или около того», — сказал AP Бироль. Если вскоре не получится разблокировать поставки нефти из Персидского залива, авиакомпании в Европе могут «в ближайшее время» начать отменять рейсы, предупредил он.
Нидерландская KLM уже отменила на ближайший месяц 160 рейсов из амстердамского аэропорта «Схипхол» и обратно, так как подорожавший авиакеросин сделал их нерентабельными. Компания, впрочем, отметила, что дефицита топлива пока нет.
Британский лоукостер еasyJet сообщил о росте убытков из-за его подорожания. Но самого топлива достаточно, заявил гендиректор компании Кентон Джарвис. По его словам, ситуация до середины мая опасений не вызывает: «В нашей отрасли мы всегда оцениваем обеспеченность на три-четыре недели вперед, и [текущая] ситуация соответствует той, что была до кризиса».
Военная премия
«Перемирия заканчивают войны, но не отменяют их последствий, — сказал FT Аджай Раджадхьякша, глобальный директор аналитического отдела Barclays, имея в виду двухдневное перемирие, заключенное США и Ираном 8 апреля. — Конфликт оставил после себя ряд последствий, которые не исчезнут, даже если прекратится стрельба».
Даже если перемирие удастся продлить, на заключение полноценного мирного соглашения может уйти около полугода, сказали Bloomberg чиновники из стран Ближнего Востока и Европы, ссылаясь на мнение своих лидеров.
«В ближайшей перспективе соглашения между США и Ираном не будет. Оптимизм президента Дональда Трампа объясняется тем, что он осознает последствия для рынков», — заявил Роб Макэйр из Chatham House, бывший посол Великобритании в Иране.
Все это время, да и впоследствии чувствительные к ситуации рыночные активы, такие как нефть и газ, доходности гособлигаций, будут торговаться с премией, говорят аналитики.
Доходность двухлетних казначейских облигаций США, в наибольшей степени реагирующих на изменение процентных ставок, накануне войны достигла четырехлетнего минимума. Сейчас она превышает его на 0,4 процентного пункта и находится на уровне августа прошлого года.
Доходность аналогичных бумаг Великобритании, Германии и Италии превышает довоенную отметку на 0,5 п. п. То есть заемные средства для бизнеса и государства обходятся дороже.
Казначейские облигации и доллар США всегда были для инвесторов убежищем во время потрясений. И хотя экономика США продолжает доминировать в мире, уровень доверия и предсказуемости из-за хаотичной политики Трампа заметно снизился, сказал FT Эндрю Джексон, директор по инвестициям Vontobel. Поэтому, по его словам, американские гособлигации больше не являются безрисковым активом.
Международные инвесторы обеспокоены ситуацией с долларом из-за проблем с государственным долгом и отношений США с остальным миром.
Процесс диверсификации с выводом части инвестиций из американских активов начался еще в прошлом году, но конфликт на Ближнем Востоке убедил Билла Кэмпбелла, управляющего портфелем в DoubleLine, что его нужно продолжать: «Мы рассматриваем возможность увеличения доли развивающихся стран в нашем портфеле. Этот тренд сохранится и в будущем».
Риски и неопределенность
Аналитики не ожидают скорого возвращения цен на нефть к уровням в $60-70 за баррель, которые наблюдались до войны. Даже если судоходство через Ормузский пролив вскоре возобновится, странам Персидского залива придется восстанавливать сокращенную добычу, ремонтировать поврежденные в результате иранских обстрелов объекты энергетической и портовой инфраструктуры. Повышенный уровень неопределенности, опасений, вероятности возобновления ограничений на судоходство или даже военных действий будет держать цены на повышенном уровне.
Поскольку цены на нефть не «вернутся к минимумам, которые мы наблюдали в начале этого года», для европейской экономики и компаний это создаст дополнительные проблемы, считает Джим Кейрон, директор по инвестициям Morgan Stanley Investment Management. Он сказал FT, что его компания сокращает долю европейских акций в портфелях.
Беата Мантей, директор по стратегии на европейском и мировом рынках акций в Citi, также считает, что из-за долгосрочных последствий энергетического шока сейчас «сложно быть полноценным “быком” в отношении европейского рынка».
Если удастся возобновить судоходство через Ормузский пролив, заблокированные в Персидском заливе танкеры устремятся прочь. «Но они могут не вернуться, пока не получат более четкого представления о том, насколько прочно это перемирие», говорит Йон Триси, издатель инвестиционного бюллетеня Fuller Treacy Money.
Премию за риск по нефти он оценивает в 35% от довоенного уровня: «Поскольку глобальным цепочкам поставок был нанесен значительный ущерб, вполне логично, что сейчас сформировался более высокий уровень поддержки».
Он теперь может составлять $80-90 за баррель «с потенциалом для значительных скачков», полагает Триси.
Последствия скажутся даже на американской экономике, которая меньше других пострадала из-за своей отдаленности от конфликта и значительной энергетической независимости. В ежеквартальном опросе The Wall Street Journal экономисты снизили прогноз роста ВВП в 2026 году до 2% с январских 2,2% и повысили прогноз даже базовой инфляции (без учета цен на энергоресурсы и продукты питания) на конец года до 2,9% с 2,6%. Цель ФРС — 2%.
Конфликт на Ближнем Востоке, по всей видимости, оставит заметный след в экономике США, что проявится в росте цен на сырьевые товары, ужесточении финансовых условий, повышенной неопределенности в частном секторе и возобновлении проблем в цепочках поставок.
Из-за ускорения инфляции Европейский центробанк в июне повысит ставку на 0,25 процентного пункта до 2,25%, показал опрос Bloomberg. Аналитики повысили прогноз по инфляции с 2% до 2,8%, в 2027 году, как прогнозируют аналитики, она может опустится до 2%, целевого уровня ЕЦБ.
Дело далеко не только в открытии Ормузского пролива, сказал FT Джеймс Вокинс из Aviva Investors: даже если будет достигнуто соглашение о постоянном прекращении огня, «останутся долгосрочные шрамы, которые потребуют более высокой премии за риск».
«Конфликт длился достаточно долго и нанес столько ущерба, что любой разумный макроэкономический сценарий на сегодняшний день выглядит значительно хуже, чем до начала конфликта», — согласен Билл Пападакис, макростратег Lombard Odier.