Нефтяной апокалипсис отменяется? Почему миру не грозит дефицит физической нефти

Крупнейший экспортер нефти — Саудовская Аравия — сокращает добычу вслед за ОАЭ и Кувейтом, сообщают источники Bloomberg. Причина та же: заполненные хранилища из-за фактической блокировки Ормузского пролива. К середине дня 9 марта цена на Brent закрепилась на отметке выше $100 за баррель, упав с пика в $120. Риски физического дефицита нефти несколько преувеличены, пишет в своем Telegram-канале Дмитрий Некрасов, директор аналитического центра CASE (Center for Analysis and Strategies in Europe). 

Изложу некоторые соображения о влиянии войны в Иране на физическое предложение нефти на мировом рынке. Подчеркиваю: речь исключительно про физические объемы!!! Что будет с ценами никто не знает. LPG касаться пока не буду, это большая отдельная тема.

Есть две механики влияния войны на мировое предложение нефти. Первая связана с весьма вероятным разрушением нефтедобывающей инфраструктуры самого Ирана и его полным или частичным уходом с рынка нефти на срок от нескольких месяцев до многих лет. Вторая — со временным закрытием Ормузского пролива и временным же прекращением экспорта той нефти третьих стран, которая не может быть отправлена на мировой рынок кроме как через пролив, но экспорт которой в основном восстановится как только пролив будет снова открыт.

1. В 2025 году Иран экспортировал нефть в диапазоне 1,5-1,7 млн баррелей в день (далее мбд). Добывал больше, но внутреннее потребление там тоже немалое. В то же время в 2025 году на мировом рынке наблюдалось заметное превышение производства нефти над ее потреблением. Кто-то говорит об 1 мбд, кто-то едва ли не о двух с лишним. Реальность скорее в диапазоне 1,1-1,4 мбд лишней нефти, но это не точно.

В этих условиях исчезновение с нефтяного рынка отдельно только Ирана никакой глобальной разбалансировки рынка произвести не может. Исчезнет навес предложения над спросом, весь 2025 год закупавшийся в китайские резервы. Возможно возникнет незначительный дефицит — 0,2-0,4 мбд, что соответствует значениям, наблюдавшимся в 2023-2024, и он быстро будет нивелирован под воздействием рыночных стимулов.

2. В вопросе краткосрочных эффектов войны надо сравнивать существующие в мире запасы уже добытой товарной нефти, хранящейся в стратегических и коммерческих резервах, со временно выпадающими объемами залива. Мировые запасы сегодня составляют 6-8 млрд баррелей, как считать. Только за прошлый год эти запасы выросли не то на 400, не то и вовсе на 700 млн баррелей.

Пока добыча в основном продолжается, а нефть накапливается в хранилищах залива. При возобновлении нормального судоходства возникшие излишки и пробки из танкеров рассосались бы за несколько недель без серьезных потерь для годового объема добычи. Если война продлится сильно дольше ситуация заметно изменится. Все доступные хранилища и альтернативные экспортные маршруты будут заполнены, придется сокращать добычу на ~5 мбд, которые просто физически невозможно вывезти иначе как через пролив. Ну хорошо, пусть даже будет 8 мбд.

Даже при таких допущениях выпадает не более 150-250 млн баррелей в месяц. То есть только для того, чтобы сжечь дополнительные запасы нефти, созданные в 2025 году потребуется 2-4 месяцев полной блокады Ормузского пролива.

Однако подобные рассуждения были бы оправданны, если бы мы за последние годы не наблюдали многочисленных быстрых адаптаций российского, иранского и венесуэльского нефтяного экспорта к меняющейся ситуации. Даже в последнюю неделю максимально острой фазы боевых действий какие-то танкеры продолжали проходить Ормузский пролив. Сколько их – сказать сложно, они выключают транспондеры, но речь о плюс-минус 10 танкерах в день против 110-130 обычно. И я не понимаю почему эта цифра в ближайшее время не вырастет.

Операционная себестоимость добычи барреля в Персидском заливе очень низкая, местами даже ниже $1 за баррель. Пусть будет $5 с большим запасом. Это значит, что в условиях полного затоваривания нефтью хранилищ залива, при дефиците танкеров производителям будет теоретически выгодно продавать нефть в порту отгрузки по любой цене >$5 за баррель. Иными словами при цене на нефть $110, танкер, который продолжит плавать через Ормузский пролив при эффективном рынке в теории сможет заработать $100 с каждого перевезенного барреля.

Стоимость нового современного танкера только что с верфи составляет $60-$120 на баррель грузоподъемности. У старых — могут быть и вовсе $20 на баррель грузоподъемности. Т.е. один раз сплавал через пролив – купил один новый танкер или 5 старых. Реальный риск быть подбитым невысок, плавать будет преимущественно дешевые старые суда. На рейде за пределами залива множество пустых танкеров. Не надо далеко нефть везти купил в заливе по 10 продал на рейде за 100. Получил $90 млн прибыли с танкера за неделю максимум. Поплыл за следующей.

Мне очень сложно представить себе ситуацию в которой война длится несколько месяцев, цены на нефть составляют более $100, а через Ормузский пролив никто не плавает. Это просто экономически невозможно. Я и раньше-то с огромным скепсисом относился к угрозам Ирана перекрыть пролив, из сегодня ограниченность подобных угроз просто очевидна.

Завершу тем, с чего начал. Цены на нефть непредсказуемы и в моменте зависят больше от психологии спекулянтов, нежели от соотношения спроса и предложения физической нефти. Однако, если не гадать о ценах, а просто оценивать вероятность реального физического дефицита нефти на мировом рынке, то на обозримом горизонте подобный дефицит не просматривается даже в теории.