Сергей Богданов из Yellow Rocks!: как перезапустить венчурный бизнес за рубежом

После начала военных действий в Украине объем инвестиций и число закрытых сделок на венчурном рынке России рухнули: западный капитал и многие российские предприниматели и инвесторы покинули страну. Основатель и управляющий партнер Yellow Rocks! Сергей Богданов — один из тех, кто смог не просто перезапустить бизнес за рубежом, но и собрать вокруг него крупное русскоязычное коммьюнити. Венчурный инвестор Павел Мясников (П.М.) и журналист Oninvest Юлия Петрова (Ю.П.) поговорили с ним о том, почему Yellow Rocks! верит в фаундеров с российскими «корнями», и какие направления для инвестиций он считает перспективными.

— П.М.: Сергей, я знаю, что ты пришел на венчурный рынок из бизнеса. Расскажи про свои первые проекты.

— Бизнесом я начал заниматься еще в студенчестве. Когда учился на третьем курсе Самарского аэрокосмического университета, основал «Стерка.ру» — сервис доставки канцтоваров в офисы по родной Самаре, а потом и по всему Поволжью. Бизнес неплохо рос и работает до сих пор уже без моего участия.

Чуть позже, в 2004 году, уже в аспирантуре я возглавил только что созданный инновационно-коммерческий отдел в вузе, искал интересные разработки на кафедрах и пытался продавать их предприятиям. Признаюсь, продавать было непросто.

Но благодаря этому опыту я загорелся создать свой технологический бизнес. В 2005 году стал одним из основателей Центра акустики машин и зданий (ЦАМИЗ), который делал звукопоглощающие конструкции, а в 2010 — компании «Эко Энерджи». Она занималась установкой солнечных электростанций и ветрогенераторов. У меня была бизнес-идея — вписаться в набирающий популярность в России тренд на зеленые технологии и энергетику. Но она не оказалась успешной. ЦАМИЗ был ликвидирован. «Эко Энерджи» существует, но компания не выстрелила так, как изначально хотелось: для малого бизнеса в зеленой энергетике в России все-таки слишком мало ниш. 

— Ю.П.: У вас остались доли в этих или других бизнесах в России?

— Нет, после 2022 года я вышел из всех российских проектов.

— П.М.: Как серийный предприниматель — тот, кто постоянно ищет деньги на свои бизнес-идеи, — стал венчурным инвестором, то есть тем, кто эти деньги фаундерам дает?

— Это произошло органически. В 2000-х в Самаре активно развивалось бизнес-сообщество, а у меня сложился хороший нетворк местных предпринимателей. Я стал организовывать неформальные встречи нашей бизнес-тусовки. Они назывались «Венчурное кафе». Там мы делились опытом, обсуждали проблемы. Например, часто говорили о том, как сложно привлечь первые инвестиции. Так и родилась идея сделать акселератор, который помогал бы местным стартапам. И в 2013 году при поддержке регионального правительства мы запустили StartupSamara. А в 2017 году сделали региональный Венчурный фонд.

Затем на базе StartupSamara была создана компания YellowRockets, которая занялась серийным запуском акселераторов. Тогда в стране формировался запрос на инновации. Мы зарабатывали на том, что помогали бизнесу находить разработчиков нужных им решений. В эти годы мы сделали большое количество корпоративных акселераторов в интересах крупного бизнеса. 

— Ю.П.: Кстати, а как родилось такое необычное название — YellowRockets? Желтый — ваш любимый цвет?

— Если честно, мой любимый — красный. Желтый — это самый позитивный цвет спектра, цвет солнца, которое дает всему жизнь, цвет богатства, цвет лидерства. Наверное, слышали про «желтую майку лидера» в разных видах спорта? С ракетами более понятно: взлетающие стартапы часто сравнивают с ними. 

В YellowRockets скоро мы стали делать федеральные и международные проекты. Во-первых, начали работать в России по франшизе одной из самых известных американских программ поддержки стартапов Founder Institute предпринимателя и наставника стартапов Адео Ресси из Кремниевой Долины. Founder Institute тогда уже работала в Москве и Санкт-Петербурге. Я познакомился с Адео в США и договорился с ним о том, чтобы развивать франшизу в регионах. 

Во-вторых, появились проекты в других странах. Например, вместе с выходцами из венчурного фонда ABRT в 2019 году мы сделали первый акселератор для Astana Hub в Казахстане.

В-третьих, у нас выстрелило ивент-направление бизнеса. В 2016 году мы провели свой первый международный форум инвесторов в стартапы ранних стадий в Самаре. Но потом участников из-за рубежа стало больше. В 2019 году к нам на Vox Angelis [так назывался форум - прим. Oninvest] уже в Москву приезжали из США, Канады, Германии, Франции, Израиля, Сингапура, Турции и других стран. В 2019 году был даже знаменитый бизнес-ангел Чарльз Сидман, один из основателей American Angel Capital Association. Кроме того, мы договорились с Европейской ассоциацией бизнес-ангелов, что они на площадке форума будут вручать свои награды. В 2020 году форум не состоялся из-за ковидных ограничений, а потом и не возродился. 

— Ю.П.: Как вы создали свой первый международный фонд? 

— Мы задумали его в 2019 году на пару с бизнес-ангелом Дмитрием Суторминым и по общим знакомым набрали в него около 10 частных инвесторов и $3 млн. Этот фонд, несмотря на пандемию, смог показать хорошие цифры за первые три года, сделав 5 «иксов» по текущим показателям роста активов (TVPI). Это позволило нам привлечь значительно больший капитал в последующий фонд. 

Фонд YellowRockets.vc инвестировал в стартапы в области автоматизации и робототехники, дополненной и виртуальной реальности, интернета вещей, ИИ и больших данных, безопасности, а также в те, что ведут разработки в сфере киберспорта, обучения, новых форм занятости, уберизации сервисов и изменений социальной среды в целом. Стартапы могли претендовать на инвестиции до $150 тыс., если уже есть сложившаяся команда, минимальный жизнеспособный продукт, первые продажи и большой и понятный рынок. До $400 тыс. YellowRockets.vc инвестировал в команды на посевной стадии, у которых уже есть проверенная бизнес-модель, рост продаж, работающая Unit-экономика. В портфеле фонда были Buddy, GPU Audio, Electroneek и другие компании. 

— П.М.: Когда я стал управлять деньгами, поначалу очень страшно было их потерять. А тебе? Что тебе помогает принимать инвестиционные решения?

— Терять деньги всегда неприятно, но важно понимать то, что самое главное —  результат на дистанции, тогда собственно отдельные неудачи не так страшны. Это, кстати, помогает понять навык игры в покер. Мало кто об этом задумывается, но и венчурные инвестиции, и покер — это не про удачу в моменте, а про способность принимать решения в состоянии высокой неопределенности и сохранять стратегии на долгой дистанции, не впадая в излишние эмоции. Если эти условия выполнены, мастерство в конце концов побеждает дисперсию.

— Ю.П.: Вы участвуете в своих фондах как инвестор?

— Есть такое мнение, что если ты инвестор с деньгами, то стоит выделять на венчурные инвестиции не более 10% от своего общего ликвидного капитала. Но те, для кого венчурный бизнес основной, и я в том числе, часто нарушают этот принцип. Мы, как правило, отправляем 50-70% средств обратно в свои венчурные фонды.

Сколько компаний мы можем создать за всю свою жизнь? В среднем 4-5. Такие энергичные предприниматели, как Олег Тиньков, может, создадут около 10. Венчурные инвестиции дают возможность поучаствовать в создании сотен проектов. Многие не взлетят, и мы заплатим своими деньгами за их ошибки. Но некоторые могут оказаться будущими единорогами.

— Ю.П.: В фондовый рынок инвестируете? Что было самой удачной инвестицией?

— Раньше инвестировал, но, как и многие российские инвесторы, столкнулся с заморозкой своих активов в Euroclear. Они до сих пор не разблокированы. Самой удачной была инвестиция в Tesla. Туда я зашел году в 2020-м и очень радовался, когда в том же году вышел с 3-4 «иксами». А потом понял, что я очень рано продал акции и мог бы еще долго в них сидеть.

— Ю.П.: Как события 2022 года сказались на российском венчурном рынке и бизнесе YellowRockets?

— После 2022 года русскоязычный сегмент венчура разбросало по миру: из страны разъехались команды фондов, инвесторы. Я переехал в Португалию, где к тому времени собралось неплохое венчурное комьюнити. А YellowRockets превратилась в новую управляющую венчурными фондами компанию Yellow Rocks!: «желтые ракеты» с российским бэкграундом стали выглядеть неуместно. Но мы же продолжаем «зажигать», поэтому Rocks! именно в этом смысле.

Несмотря на все «приключения» — визовые, бытовые, связанные с переездом команды и бизнеса и формированием нового пула инвесторов и фаундеров за пределами России — в 2022 году Yellow Rocks! собрала второй международный фонд на $21 млн, где присутствовали 70 частных инвесторов напрямую или через свои холдинговые компании. 

Yellow Rocks! базируется в Сан-Франциско и Лиссабоне. Фонд инвестирует до $2 млн на ранних стадиях, включая pre-seed и seed, с возможностью участия в последующих раундах на стадии Series A.

Основной фокус фонда — на быстрорастущих стартапах с четкой стратегией глобального масштабирования в сфере ИИ, финтеха, edtech и Future of Work [будущее сферы труда — прим. Oninvest]. В портфеле Yellow Rocks! — более 60 компаний, включая ANNA, Global Work, Social Links, Cattle Care, Wirestock и др.

Сейчас мы привлекаем деньги в новый фонд YR Capital IV Opportunity, планируем собрать сопоставимый объем средств. Но здесь половина фонда будет проинвестирована в стартапы поздних стадий, в том числе в лучшие портфельные компании наших предыдущих фондов.

Yellow Rocks! осознанно решила остаться в демократичном сегменте венчурного рынка. У нас порог для входа — от $100 тыс. И мы даем возможность инвесторам c еще меньшими чеками — от $10 тыс. — входить с нами в отдельные сделки. Благодаря объединению частных инвесторов для совместного финансирования одного стартапа мы, наверное, стали одними из лидеров по количеству LP [Limited Partners, пассивных инвесторов, которые вкладывают деньги в венчурный фонд, но не участвуют в его управлении - прим. Oninvest] в русскоязычном сегменте. У нас их уже около 200.

— Ю.П.: Этот нетворк сильно помогает в бизнесе?

— Очень помогает. Yellow Rocks! продолжает развивать ивент-бизнес, в котором мы были сильны. Мы собираем людей, связанных с венчурным рынком и стартап-средой, на различные мероприятия: регаты, трипы, конференции, стратсессии, вебинары, митапы и т.д. Самих мероприятий, конечно, стало меньше: с июня 2026 года по май 2027 года у нас их запланировано 15, а в российский период делали до 100 в год. Но сейчас у них появилась новая добавленная стоимость: у фрагментированного русскоязычного венчурного комьюнити есть возможность собраться в одном месте, обменяться новостями, планами и идеями.

Кроме того, если показываешь хороший возврат на инвестиции, инвесторы не только увеличивают чеки от фонда к фонду, но сами показывают нам интересные им стартапы, а также активно участвуют в обсуждении сделок.

— П.М.: Из нетворка родился еще один интересный проект, в котором участвует Yellow Rocks! — Pre-Seed to Succeed (P2S). Расскажи, пожалуйста, про него.

— Вместе с тремя венчурными фондами — AltaIR Capital Игоря Рябенького, Smart Partnership Capital Николая Кирпичникова и I2BF Global Ventures Александра Корчевского — мы создали совместную программу Pre-seed to Succeed для поддержки стартапов на pre-seed стадии, у которых уже есть минимально жизнеспособный продукт и первые клиенты. Для нас четверых это win-win стратегия. Мы все приводим в программу интересные компании и вместе оцениваем проекты. Общая экспертиза экономит человеческие и материальные ресурсы, снижает риски неудачных инвестиций. А стартапы получают деньги сразу от нескольких VC, пройдя общий инвест-комитет. 

За все время в программу уже подано более 4300 заявок, прошло 55 инвестиционных комитетов. Всего мы с партнерами инвестировали $13,6 млн в 18 компаний. В портфеле P2S: Global Work, Litero, Stayf, Resolv, Chatfuel, Jupid, Lovon и другие компании.

Если коротко про последние достижения: Global Work за 2025 год вырос в 18 раз по выручке, в конце прошлого года компания закрыла follow-on-раунд на $2,35 млн от существующих инвесторов.

Resolv автоматизирует бэк-офис подрядчиков в сфере home services (рибейты, разрешения, гарантии) и в апреле 2026 года подняла $1 млн на pre-seed. 

Jupid делает ИИ-бухгалтера для малого бизнеса, встраиваемого в цифровые банки. В апреле 2026 года проект закрыл pre-seed-раунд на $840 тыс.

Lovon с ИИ-коучем голосовой поддержки недавно стал Product of the Day №1 на Product Hunt [платформа, которая отмечает премиями разработчиков лучших технологических продуктов — прим. Oninvest].

— Ю.П.: Сколько стартапов Yellow Rocks! смотрит в год? И сколько вы закрываете сделок?

— У нас большая воронка. Ежегодно мы смотрим 3-5 тыс. стартапов, но инвестируем в менее 0,5% от поступающих заявок. Большинство, конечно, отсеиваются сразу при беглом анализе. Проекты, которые мы отобрали на начальном этапе, затем проходят несколько стадий скрининга, due diligence и два инвесткомитета. На финальном принимается решение об инвестировании. «Зеленые флаги» для нас — наличие среди фаундеров серийного предпринимателя с опытом запуска стартапов, получение компанией инвестиций от другого фонда, которому мы доверяем, и хороший потенциал роста.

— П.М.: Я сильно переживаю, если смотрел, но пропустил хороший стартап. А ты?

— Конечно, тоже переживаю, но отношусь к этому философски. Здесь важно понимать, что у всех фондов случалось отказать стартапу, который сделал портфель конкурентов очень прибыльным.

Один из стартапов, которые мы упустили, — британский Dwelly, работающий в области proptech. На тот момент мы не поверили в roll-up-модель: компания покупает небольшие независимые агентства недвижимости, объединяет их на одной технологической платформе и за счет автоматизации и ИИ повышает эффективность всего бизнеса.

Однако менее чем за два года Dwelly собрала портфель из более чем 10 тыс. объектов и вошла в топ-15 крупнейших британских агентств по аренде. В феврале 2026 года Dwelly привлекла $93 млн на дальнейшие приобретения и развитие платформы. Похоже, в этом случае мы недооценили и команду, и потенциал самой модели.

— П.М.: Расскажи, пожалуйста, о самой удачной сделке в последнем фонде.

— Одно из недавних успешных, но нетипичных для нас вложений — компания, которая делает мобильные приложения для изучения иностранных языков с ИИ-аватарами в роли персональных репетиторов (Сергей отказался раскрыть компанию из-за договоренностей с ней — прим. Oninvest).

Рынок мобильных приложений сейчас, в нашем понимании, это абсолютный красный океан. Здесь жесткая конкуренция и высокая плотность игроков, а успех во многом завязан на маркетинговые бюджеты. В силу этой специфики мы в него обычно не входим. Но этот стартап удивил нас метриками: всего за полгода он увеличил выручку с $500 в месяц до $50 тыс. Мы зашли в компанию на предпосевной стадии и через полгода вышли с 12,5 «иксами».

Потом ребята пошли на следующий венчурный раунд. Он был довольно крупный, и нам предложили полностью выйти из проекта. А поскольку рынок мобильных приложений по-прежнему казался нам сложным, мы решили на этом этапе зафиксировать успех.

— Ю.П.: В какие отрасли вы в принципе инвестируете? Что кажется перспективным?

— Во-первых, в финтех, особенно если у компании есть русскоязычные фаундеры. Банковская отрасль в России и странах СНГ формировалась с нуля и развивалась очень интенсивно. Здесь появились крутые, высокотехнологичные игроки. Когда их создатели начинают строить международные бизнесы, то они неизбежно приносят свои стандарты и экспертизу. Такие компании по уровню сервиса и используемым технологиям с большой долей вероятности обгонят европейских и американских конкурентов. Нам нравится в них инвестировать.

Во-вторых, мы присматриваемся к edtech. К примеру, в нашем портфеле есть Buddy.AI и Praktika.AI — компании, которые создали ИИ-репетиторов для изучения иностранных языков. У обоих стартапов русскоязычные фаундеры.

В-третьих, мы верим в стартапы, занимающиеся автоматизацией рабочих процессов, SaaS-индустрию — все то, что называется Future of Work.

— Ю.П.:Сейчас все говорят о кризисе в SaaS-отрасли. Вас это не страшит?

— Нет, потому что для инвестиций мы выбираем компании, которые делают нишевые продукты. Эти узкоспециализированные решения, как правило, впоследствии начинают использовать все ключевые игроки рынка, и постепенно они становятся своеобразным рыночным стандартом качества, позволяя компаниям сохранять на стабильный доход. Например, у нас в портфеле есть стартап Cattle Care, который занимается видеоаналитикой для ферм, разводящих крупный рогатый скот. С помощью компьютерного зрения и ИИ они мониторят здоровье поголовья, заранее распознают заболевания скота, контролируют качество и правильность процессов на ферме. Его фаундеры сами работали в сельскохозяйственной отрасли, поэтому в курсе мельчайших нюансов и потребностей фермеров.

— П.М.: Почему YR! больше фокусируется на США и частично Европе, а не идет в Латинскую Америку, Юго-Восточную Азию, Африку?

— Во-первых, объемы рынка США и ЕС несопоставимы с объемами ЛатАма и ЮВА. Во-вторых, на западных рынках все процессы уже отлажены, процедуры понятны. Если те же самые «иксы» можно заработать в США, зачем рисковать в юрисдикциях с непрозрачной судебной системой, меняющимся законодательством и кучей неизвестных нам «подводных» камней?

— П.М: Насколько сильно на венчурный рынок повлияло ужесточение миграционного законодательства США? К каким последствиям для фаундеров и венчурных инвесторов приведет этот процесс?

— Самым болезненным для стартапов стал рост неопределенности и удорожание найма международных специалистов, прежде всего из-за изменений в визовой политике, включая H-1B. Это усложнило привлечение талантов и сделало выход на американский рынок более затратным по времени и деньгам.

— Ю.П. А что скажете про стартап-среду и венчурный рынок Казахстана?

— С 2019 года, когда мы впервые пришли сюда делать акселератор для Astana Hub, Казахстан сделал огромный рывок в развитии венчурного рынка, используя лучшие мировые практики таких стартап-наций, как Израиль, где научились балансировать госучастие с частной инициативой.

В Казахстане пошли по такому же треку, создав хороший фундамент для построения венчурной экосистемы. Это и Astana Hub, через который проходят огромное количество стартапов, и «Фонд фондов», который аккумулирует деньги инвесторов и распределяет их по менее крупным венчурным фондам и акселераторам, и Фонд прямых инвестиций с госучастием. Важно, чтобы вся эта инфраструктура не забюрократизировалась, не стала консервативно выделять деньги лишь супернадежным бизнесам, разрешила себе ошибаться и пробовать снова. И самое главное — государство не должно конкурировать с частными VC, а лишь временно восполнять их недостаток.

В Казахстане есть первые примеры глобального успеха — «единорог» Higgsfiled AI Ерзата Дулата и Алекса Машрабова, которые создали нейросеть для создания генеративного видео. Такие истории очень вдохновляют не только местных фаундеров и инвесторов, но и международный капитал. Так что число новых стартапов, местных бизнес-ангелов и зарубежных инвесторов будет расти, как снежный ком.