В ожидании «настоящей бойни»: как война в Иране перекроила мировой рынок газа

Три недели войны на Ближнем Востоке привели к остановке пятой части мировых поставок нефти и сжиженного природного газа и перекроили экспорт энергоресурсов. Последствия этого конфликта для рынка СПГ участники рынка называют «апокалипсисом сегодня», кошмаром и страшным сном. Они могут ощущаться еще долгие годы. 

Иранский удар по газовому месторождению Рас-Лаффан и расположенному там комплексу сжижения газа, крупнейшему в мире, повредил почти 17% экспортных мощностей СПГ Катара, рассказал Reuters 19 марта Саад аль-Кааби, гендиректор QatarEnergy и министр энергетики страны. 

По его словам, повреждены две из 14 производственных СПГ-линий и один из двух заводов по переработке газа в жидкое топливо.

На ремонт уйдет от трех до пяти лет и $26 млрд, Катар недополучит годовых доходов на $20 млрд, сказал аль-Кааби. По его словам, он не мог себе такого представить «даже в самых страшных снах».

В начале марта компания QatarEnergy объявила форс-мажор по некоторым контрактам, когда Иран фактически остановил судоходство по Ормузскому проливу. Но это были краткосрочные договоры, а теперь компании придется разрывать контракты на поставку СПГ сроком до пяти лет в Италию, Бельгию, Южную Корею и Китай, сказал аль-Кааби.

В Южной Корее доля газа, проходящего через Ормузский пролив, составляет 20% потребления, подсчитал Bloomberg, а в Китае — 6%. Из-за последствий энергокризиса еще более тяжелая ситуация может сложиться в Пакистане, Индии и на Тайване. 

Последний, будучи крупнейшим мировым центром по производству компьютерных чипов, сильно зависит от СПГ как источника энергии, поэтому быстро законтрактовал дополнительные объемы из других регионов, обеспечив себя на апрель и половину мая. На июнь Тайвань договаривается об увеличении закупок из США.

Удар по комплексу в Рас-Лаффане может стать поворотным моментом для сектора СПГ, сравнимым с подрывом газопроводов «Северный поток» в 2022 году, если не хуже, сказала Bloomberg Сьюзан Сакмар, приглашенный доцент Центра права при Хьюстонском университете. 

«Поставки СПГ из Катара могут быть приостановлены на несколько месяцев, а в худшем случае — на годы, — считает Арне Ломанн Расмуссен, главный аналитик Global Risk Management. — Для газового рынка кризис не закончится просто потому, что завершится война и вновь откроется Ормузский пролив».

Масштаб катарских проблем таков, что он может изменить расклад сил на мировом рынке на годы вперед, лишив его профицита, который ожидался с нынешнего года с увеличением до конца десятилетия.

По прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), между 2025 и 2030 годами в строй в мире должны быть введены совокупные СПГ-мощности на 345 млрд кубометров в год: «Это крупнейшая волна наращивания мощностей по производству СПГ за любой сопоставимый период в истории рынка». 

Эксперты агентства ожидали, что к 2030 году из-за заявленных климатических и энергетических политик стран на мировом рынке СПГ будет избыток в 65 млрд кубометров. Это привело бы к заметному снижению цен на газ.

Однако «геополитические потрясения, в том числе, связанные с продолжающимся конфликтом на Ближнем Востоке, а также дальнейшие задержки в реализации проектов, принятии окончательных инвестиционных решений… могут существенно изменить динамику наращивания производственных мощностей», отметило МЭА 17 марта, приведя в пример ситуацию с QatarEnergy.

В текущем году, по данным МЭА, планировался ввод в эксплуатацию мощностей на 40 млрд кубометров, два основных проекта — в США (19 млрд в год) и Канаде (13,5 млрд). Катар также планировал расширение производства с выводом на рынок 10,9 млрд кубометров в 2027 году и 27,1 млрд — в 2028-м.

Но сейчас в Катаре закрыто все производство СПГ годовой мощностью 77 млн тонн (106,3 млрд кубометров). Две поврежденных линии, по словам аль-Кааби, давали 12,8 млн тонн СПГ (17,7 млрд кубометров) в год.

В результате ожидавшийся избыток предложения на мировом рынке СПГ грозит обернуться нехваткой газа. Перерыв продолжительностью более чем в месяц быстро приведет к его дефициту в размере 4%, посчитали аналитики Morgan Stanley. 

Два газовых трейдера сказали Financial Times, что произошедшее — два ракетных удара Ирана по катарскому комплексу в среду вечером и в четверг ранним утром — просто не укладывается у них в голове. «Это беспрецедентно», — сокрушался один из них.

«Это апокалипсис сегодня», — прокомментировал инвестиционный банкир Лоран Сегален, специализирующийся на чистой энергетике. 

Ближайшие месяцы, по его словам, «обещают стать для импортеров газа настоящей бойней», поскольку странам Азии и Европы придется жестко конкурировать за сократившееся предложение СПГ, взвинчивая цены.

Цена газа в Европе (фьючерс Dutch TTF) взлетела почти вдвое — с 32 евро/МВт ч перед началом войны до 59,3 евро в пятницу. 

Это далеко не так катастрофично, как во время кризиса 2022 года, когда цена перед самым началом войны в Украине уже была под 90 евро, а на пике в августе того года превысила 340 евро.

Тем не менее, цена газа на прошедшей неделе поднималась до уровня января 2023 года, а Европейский центробанк предупредил, что длительные перебои с поставками энергоресурсов могут взвинтить инфляцию в еврозоне до 6,3% и спровоцировать короткую рецессию.

Катарский СПГ обеспечивал лишь 3% газовых потребностей ЕС. Но ситуация осложняется тем, что страны Евросоюза заканчивают отопительный сезон с крайне низкими запасами газа: хранилища сейчас заполнены на 28,7%, по данным Gas Infrastructure Europe. Средний показатель для этого времени года за последние пять лет — около 42%. То есть в ближайшие месяцы Европе нужно будет приобретать повышенные объемы, борясь за поставки с азиатскими странами, которые от этого кризиса пострадают сильнее. 

Индийская Indian Oil Corp. в четверг закрыла тендер, не выбрав поставщика на апрель из-за слишком высоких цен, предлагавшихся продавцами. 

Кроме того, подскочили ставки фрахта. Доставка одного СПГ-танкера в Азию сейчас стоит около $80 млн — в два с лишним раза больше, чем до начала войны в Иране.

На Катар приходится 99% импорта СПГ Пакистана, и власти этой страны уже предупредили, что с середины апреля газа может не хватить для удовлетворения потребностей. Во многих странах Азии сжиженный газ используется промышленными предприятиями, для приготовления пищи в домах, кафе и ресторанах, в сельскохозяйственном секторе, которому необходимы удобрения (страны Персидского залива являются их крупными поставщиками).

Пока азиатские страны, от Южной Кореи до Индонезии и Бангладеш, увеличивают производство электроэнергии на угольных электростанциях.

В выгодном положении оказываются поставщики СПГ из США и Канады, которая наращивает экспорт. «Мировой газовый кризис увеличивает экспортную выручку США и способствует привлечению в страну более газоемких производств и созданию новых рабочих мест», — отмечает Кавоник из MST Marquee.

Крупными игроками, способными быстро корректировать ситуацию на рынке, были США и Катар, говорит Майкл Сэйбел, гендиректор VentureGlobal, одного из ведущих СПГ-производителей в США. Теперь, исходя из этой логики, остались только Штаты. 

«Мы по-прежнему готовы обеспечивать рынок, и поставки постепенно увеличиваются», — сказал Майкл Сэйбел.